- «И Это - все, что Жизнь может мне предложить?..»
Было очень стыдно. Виктория не удивилась, когда ее, против ожиданий, не госпитализировали и не поместили в психиатрическое отделение. Выдали заключение и отпустили. Не удивилась и тому, что такси подъехало за пару минут, и тому, что водитель оказался тем самым мужчиной, что в последний момент толкнул ее в сторону от парапета моста. Она вообще плохо запомнила те несколько секунд, когда падение на рельсы превратилось в падение назад - обратно на асфальт перекрытия. Боль в вывихнутой ноге, замешательство. Дорога в травмпункт, вежливый врач, санитар, вправляющий сустав. Дурацкие объяснения причин случившегося, которые никого там не интересовали. Ей было очень, очень стыдно. Не спасало ни то, что нога уже почти не болела, ни то, что никто из близких не узнает об этом моменте отчаяния. Единственное, что удивляло - что так много событий смогло произойти за такое короткое время. Было пятнадцать часов, пятнадцать минут. Они сидели за столом втроем - Виктория, ее непонятный спаситель, и Стыд. Чашка чая в руке подрагивала, и летний вечер за окном с укоризной смотрел на них сверху вниз.
- Кто ты такой? Зачем ты меня спас? И почему у меня ощущение, что я тебя знаю?
Собеседник не спешил. С кивком благодарности, он пригубил из своей кружки, и его небесно-голубые глаза ободряюще улыбнулись Виктории. Как по плечу похлопал.
- На первый и третий вопросы ответить сложно.
Глядя на симпатичную черноволосую девушку, он поставил чашку на стол. Виктория готова была поклясться, что точно в то же место, откуда взял. С точностью до микрона.
- Ты действительно знаешь меня, причем лучше большинства. Но меня все по-разному видят и называют. В зависимости от вероисповедания и начитанности. Обычно, как женщину. Иногда - с косой. Ты - видишь как мужчину лет сорока в траурной современной одежде, с вшитой белой полосой на рукаве, и идеально ровным ножом в простых ножнах. Это подсознание играет с тобой. Сегодня тобой вообще много кто играет. Поскольку ты книгу Еноха прочитала еще до учебника алгебры за одиннадцатый класс, то в твоей голове ко мне ближе всего образ архангела Габриэля. Но твой разум, заботясь о целостности рассудка, превращает все мои атрибуты в приемлемую для тебя форму. К тому же, он почему-то заменил мои популярные у людей черные очки на контактные линзы. Но это все не слишком важно.
Виктория отхлебнула чая. Больше всего волновало то, почему ее сейчас не разрывает изнутри от счастья. Счастья, которое должен испытывать человек, спасшийся от смерти. Счастья, что полагалось испытывать при встрече с Ангелом любой двадцатилетней девушке, в свое время променявшей тупых подружек, дебильные телешоу и успешную социализацию на книги, тяжелую музыку и мечтания о несбыточном. А она была именно такой девушкой. Той, что научилась надевать наушники раньше сережек, ходить на концерты, от которых у родителей однозначно случился бы инфаркт, и тусоваться с весьма сомнительной компанией, гуляя по ночным кладбищам. Той, кто слишком рано поверила в сказку о том, что запретный плод сладок.
Плод оказался злым, и кислым как электрод. Но, в отличие от курения, привычка думать, читать и жить не по плану оказалась тотально неискоренимой. Да и плод со временем оказался очень даже. И сейчас она - Вика, по прозвищу Дракон - прогулочным шагом шла по обочине дороги, вымощенной желтым кирпичом, периодически поглядывая вверх, опасаясь летающего домика. Но теперь, когда подтверждение верности самых смелых жизненных ожиданий сидело перед ней и пило чай - она не чувствовал ничего. Кроме стыда и пустоты внутри.
- Ответ на второй вопрос намного проще. Ты хотела покончить с собой. А я, как Ангел Смерти, решил, что твое время еще не пришло.
- Спасибо. Большая честь, однако. А ты всех так вытаскиваешь? Или у меня особые заслуги?
- Нет. То, что сделал, я сделал против своей воли и принципов. Твое решение убить себя, было спровоцировано одним очень злым человеком, для выполнения его гадкого плана по спасению собственной души. Я хотел ему помешать, и поэтому спас тебя. Сейчас ты ему уже не интересна, и можешь быть спокойна за остатки своей жизни.
Стало противно. Разумеется, Виктория ни когда всерьез не надеялась на то, что однажды к ней прилетит вдруг волшебный робот голубой расцветки, и вскоре после этого Оби Ван Кеноби начнет тренировать ее по ускоренному курсу подготовки молодого джедая. Она привыкла полагаться на себя, и ей, даже в ее возрасте, чаще приходилось играть роль наставницы, чем ученицы. Но чтобы вот так... Камень, попавший под колесо дорогой машины... Хотелось сказать что-то очень злое. Но это все-таки был Ангел Смерти, и он только что спас ей жизнь. Или «остатки жизни»... Она сняла очки в тонкой прямоугольной оправе.