- Цинично. Но все равно спасибо.
- Не за что. Мне очень жаль, что я тебя остановил. Я только поэтому здесь сейчас с тобой сижу. Ты стала инструментом в чужих руках. В том числе и в моих, поэтому я хочу отдать тебе дань уважения за то, чего ты лишилась по моей вине.
Похоже, он еще и издевался.
- Лишилась? Да я из-за этого... (не стоит) глупого стечения обстоятельств, чуть всю жизнь в мусорку не выкинула. До сих пор не понимаю, как это все так навалилось, что я сорвалась. Мне стыдно за свою слабость! И ты извиняешься, за то, что мне помешал? Лучше бы помог это преодолеть!
- А ты довольна своей судьбой?
Виктория не смогла справиться с желанием отвести взгляд. За окном, в палящем июльском воздухе пролетел чуть пожелтевший по краям кленовый лист. На миг он завис в нерешимости воздушных потоков, а потом, приняв окончательное решение, плавно опустился на подоконник. Вика не любила таких вопросов.
- Ну, да в целом.
- А в частном? Тебе, например, в целом нравится живопись. Но почему-то, ни одной картины дома у тебя нет.
- В частном.... Есть проблемы, я их преодолеваю. Немного времени...
- И ты ляжешь в гроб.
Викторию начала злить эта беседа. Ну, ладно, спас. Ну, положим, правда архангел. Но зачем теперь, когда леденящая печать Неизбежности только-только начала подтаивать на ее сердце, бередить все это вновь? Тем более что она, как оказывается, стала жертвой чьих-то манипуляций, и, следовательно, ответственность за идиотское решение автоматически делится как минимум пополам. И тем более - зачем делать это такими банальными аргументами? Сейчас люди в ответ на такие вопросы уже в пятнадцать лет смеются.
- Ну и зачем ты утрируешь? Нет, действительно, в данный конкретный момент у меня не все хорошо. Даже, наверное, почти все не хорошо. Но с другой стороны, не все и плохо. Есть положительные моменты. Это, знаешь ли, нормально. Жизнь вообще такая штука. Иногда выходят косяки. Нужно радоваться тому, что есть, а не страдать от того, чего нет!
Габриэль улыбнулся. По коже Вики промаршировал полк мурашек. Причем в ногу и с песней. На секунду она почувствовала себя словно в дурацком сне, когда происходит что-то совсем нелепое. Например, когда ты почему-то находишься в школе или на улице голышом. И прежде чем она смогла отделаться от этого ощущения, собеседник, закинув ногу на ногу, неспешно продолжил:
- Знаешь, самое интересное заключается в том, что все наиболее важные вещи в мире действительно звучат крайне тривиально. Вот только чтобы понять их и использовать, вам мало услышать их или сказать самому. Вам нужно об них удариться головой раз десять-двадцать. Ты все говоришь правильно. Вот только почему тебе это не помогает? Почему все пространство твоих мыслей наполнено переживаниями тревоги, и печали из-за того, что есть? А все надежды и радости лежат где-то в невероятном будущем? И так день за днем? И от единственного по-настоящему волевого решения в своей жизни - решения из этой жизни уйти, ты яростно открещиваешься?
- Я работаю над этим, - в голубых глазах ведьмы вспыхнул злой огонек азарта, - не все сразу. Осознание, знаешь ли, требует работы.
- А работа требует зарплаты. Тебе не кажется что работу пора менять, если она не приносит ни денег, ни радости? Посмотри на свою жизнь. Трезво. И беспощадно. Что сбылось из того, о чем мечталось?
- Да ничего особенного... Но мне всего двадцать вообще-то. Как бы еще не старуха...
- Конечно. А откуда такая уверенность, что ты доживешь до старости? Или ты тихонько решила ждать неожиданной смерти, чтобы и тут отмазаться от себя - мол, не виновата, не успела, Бонни и Клайд, Сид и Нэнси? Ну, допустим, доживешь. Так в котором часу у тебя запланирован духовный подвиг? С восьми до десяти? Или попозже?
- Ну, я не планирую настолько конкретно. Надо еще с работой решить, жилье, дети, возможно, а потом...
- А потом ты оглянешься и поймешь, что тебе уже нихрена не нужен подвиг. Тебе надо растить детей, охреневая от того, что ты не помнишь, как выглядят твои друзья. От того, что твоя жизнь уже давно не твоя. Она чья угодно - детей, мужа, начальника, дряхлеющих и впадающих в маразм родителей, но не твоя. Ты ее распродала по кусочкам, причем по дешевке. А вырученные деньги дала взаймы.
- А что в детях-то плохого?
- Ты довольна, что попала сюда? Ты ведь сейчас снова мыслишь теми категориями, которые этим же миром взращены в твоей голове. Кнут - пряник - кнут. Хорошо - плохо. Приятно - неприятно. Твоя память услужливо хранит горсть хороших воспоминаний, пропуская сквозь пальцы плохие. Так легче. Как рыбка в аквариуме, ты хватаешь пузырек воздуха на поверхности удовольствий и с ним ныряешь обратно вглубь учебной недели. И ты отлично знаешь, что так будет всегда. Иногда - чуть лучше, иногда - чуть хуже. Будут возникать проблемы, некоторые из них легко решатся, и ты назовешь это удачей. Так, между разнокалиберными проблемами, пройдет твоя жизнь. И если ты не будешь особо заморачиваться, то она может показаться очень даже ничего. Знакомый ведь сценарий, правда? Ты же действительно завидуешь людям, чей разум не способен к таким усилиям, как самооценка вне общественной парадигмы?