Чтобы догнать и прикончить демона мне пришлось бы разворачиваться, а значит - терять инерцию. Поэтому я дважды ударил по середине руля ладонью, и направил Сильвану дальше по трассе. Блукать с Саммаэлем среди расплывчатых силуэтов деревьев было не в моей весовой категории. Честолюбия там - полный салон, пусть сами меня догоняют... Если смогут!
You're angered, so am I
A thousand fires burn
A land of darkness from which I cannot return
Красный туман поднимался все выше, остатки солнца тонули в нем. Я не слышал своих соперников, и не мог бы - Дрейман едва перекрикивал распалившийся докрасна двигатель. До финишной прямой нашей гонки - паромной переправы через Лену - оставалось не больше двух тысяч метров. Меня даже начало покалывать в бок разочарование. Неужели этот слабак даже не сможет меня догнать? Я, разумеется, не верил в это.
Another sacrifice
To a tormentor your world wouldn't understand
Turn away again
Свет его фар вырвался из леса с левой стороны дороги. Похоже, он смог срезать где-то, иначе объяснить его появление было нельзя. С самого начала нашей гонки я чувствовал, как ткань мира блекнет и истончается. Это означало, что наши шутки с пространством-временем и короткие дороги через Преисподнюю становились крайне опасными. Неоткуда и некуда становилось бежать. В пропитанном кровью и отчаянием воздухе проступали злые знаки. Я не мог видеть горящих на моих дисках пентаграмм, но их изгибы прожигали душу даже сквозь броню кабины. Знаки, что обрекали тысячи людей на гибель от холода, усталости и унижений в этих болотистых таежных дебрях. Те, что призывали всех их в свидетели нашей битвы и давали им надежду на сомнительную радость отмщения за свои бессмысленно загубленные жизни. Я щеками и деснами чувствовал их жажду. Их контуры проступали в белесо-красных испарениях. Им было все равно кого обвинять, они жаждали смерти. Сильвана разорвала несколько таких силуэтов обсидианом кабины, когда Саммаэль выскочил на трассу чуть впереди меня.
You're aching, so will I
When I awake and discover that I have been damaged by your
World!
Что ж, мы это уже проходили, и вряд ли моим друзьям понравился прошлый раз. Но можем и повторить. Я подхлестнул своих лошадей ударом ноги.
Dishonored by your world...
На самом деле, я действительно не представлял, что Саммаэль может мне противопоставить в открытом бою. Даже на своих двоих я всегда уверенно справлялся с ним вдали от Ада, где его функция была почти безгранична. Закованный же в сталь Сильваны, созданной для его уничтожения, я был абсолютно неуязвимым. И все же он решился бросить мне вызов. Причем именно там, где он не мог надеяться на перевоплощение в случае смерти. Я ждал ловушки, но ее все не было. До финиша, между тем, оставалось не более полутора километров. Солист перешел на шепот.
Never will I be welcomed
Amongst the heartless monsters
You surround yourself with...
Лес резко расступился, открывая нашим глазам бездонную темную поверхность реки. Разумеется, это уже давно была не Лена. Таким нежным женским именем нельзя называть тяжелую как ртуть черную гладь одной из самых страшных рек Преисподней. Реку, что может безразлично поглотить в свои бездонные глубины любую сущность, и не будет ей вовек оттуда возврата. Ибо некому и некуда будет возвращаться.
...Feeding off the pain and misfortune of others
A maniacal unit of sub-human parasites...
Все обитатели Ада рано или поздно пытаются бросаться в нее в отчаянной надежде прекратить быть. Но она лишь упруго пружинит под их ногами. Смеется волнами в ответ на попытки корчащихся в муках душ умереть дважды. Она не для них. Ее дозор не в том, чтобы освобождать людей, а в том, чтобы пленить демонов. Потому что для них ее воды - путь в Никуда.
...Warped into a feeding frenzy
With the smell of fresh blood...
Правда, я до сих пор не удосуживался задуматься - а что ее объятия будут означать для живого человека. Живые-то по аду обычно не гуляют...
...Open your eyes and see the creatures
For what they are...
Саммаэль и его водитель отрывались от меня максимум на два корпуса. Я окончательно убедился в верности своих расчетов относительно ограничения способностей демона в этих пределах. Глушитель едва сдерживал его гневный крик, и он уже начал терять последнее сходство с автомобилем.