Их взгляды встретились. Смущенная, Натали снова отвернулась к окну. Пялиться на людей неприлично, но в этой даме действительно чувствовалось что-то родное. Мозг Натали лихорадочно работал, вороша самые потаенные уголки памяти в поисках чего-то, что могло бы помочь идентифицировать это до странности знакомое лицо. И что-то как будто медленно зашевелилось на периферии, но никак не хотело двигаться вперед и вверх, оставаясь вне досягаемости для сознания. Неясное воспоминание, ускользавшее всякий раз, как только Натали пыталась его ухватить…
Объяснение могло оказаться до банальности простым. Что, если Натали видела эту женщину по телевизору? Знаменитости часто внушают это чувство, даже если не знаешь, кто они, и только пару раз видела в новостях.
В динамиках зазвенело, и бодрый женский голос объявил следующую остановку:
– Гюлльмаршплан.
Женщина встала. Натали старалась не смотреть на нее, но что-то заставило ее перевести взгляд с окна на легкую фигуру в белом.
Незнакомка протянула ей руку:
– Ты не должна меня бояться, Натали, – тихо сказала она. – Я твоя бабушка. Ты действительно совсем не помнишь меня?
Все фрагменты пазла сразу встали на места. Сколько себя помнила, Натали никогда не встречалась с бабушкой. Даже не была уверена, что таковая у нее есть. Тем не менее глаза не обманывали. Натали сразу уловила что-то родное в этом милом лице. Ошеломляющее чувство, похожее на встречу с частью себя, о существовании которой до сих пор не подозревала. Вместе с этим чувством пришла уверенность в его истинности.
Это действительно была ее бабушка.
Натали взглянула на протянутую ей руку. На запястье синяя резинка, и тугая, судя по красноватому следу вокруг сустава. Глупо бояться пожилой женщины с резинкой на запястье.
– Пойдем со мной, дорогая, – продолжала бабушка, призывно взмахнув рукой. – Я хочу показать тебе кое-что. Я так долго ждала этого часа…
Проснувшись, я сажусь, прислонившись спиной к стене. Чтобы видеть, не собирается ли кто-то из них сделать какую-нибудь глупость. Хотя на ужин они и дали мне мороженого и разрешили смотреть «Лего-фильм», сколько захочу.
Но я ненавижу «Лего». И не верю этой злой тете, которая все равно не отпустит меня домой.
Я здесь уже давно. Сотни дней, наверное, хотя и знаю, что их прошло всего два.
Я устал плакать. Я столько раз спрашивал их, умерли мои мама и папа от рака или нет. Но они не отвечают.
Я просто хочу домой. Я сказал им об этом вчера. Столько раз просил отвезти меня к папе и маме, что у меня заболел живот. Больше я просить не могу.
Я не хожу в детский сад. Вчера меня там не было, и позавчера тоже. А мы должны были строить ракеты для космического проекта. Папа хотел купить мне «Феррари», и еще я собирался показать им, как танцуют «Гангнам-стайл». Теперь ничего этого не будет, и во всем виновата тетя.
Она заходит ко мне, снова и снова. Говорит, что есть еще мороженое, но я не отвечаю. Представляю себе, что этой тети не существует.
Ничего этого не существует – ни комнаты, ни глупых взрослых.
Ни меня.
– Доброе утро, – сказала Юлия.
Мина ответила нерешительным взмахом руки.
Юлия стояла у доски для презентаций, в передней части зала. Мина отметила про себя, что она выглядит очень уставшей.
– После вчерашней пресс-конференции было много звонков, – начала Юлия. – Пропавший ребенок всегда будоражит общественность. Наша горячая линия буквально раскалилась. Но мы не должны забывать, что сегодня исполняется два дня с момента исчезновения Оссиана. Поэтому не будем терять времени. С каждым часом вероятность того, что мы его найдем, уменьшается.
Боссе, гавкнув, покинул свой топчан и улегся в ногах Педера, который, несмотря на жару, не спешил прогонять собаку – из опасения навлечь на себя гнев Кристера, как подозревала Мина. Никто не мог помешать отдыху его любимца безнаказанно. Так или иначе, резкий звук помог Мине сосредоточиться.
– Все как обычно, – продолжала Юлия. – Мешанина сплетен, мести, чистых фантазий и принятия желаемого за действительное. Оссиана видели от Кируны до Истада, были даже наводки из Дании и Норвегии. Нам предстоит перерыть гору мусора, отделить, так сказать, зерна от плевел. Со всем этим мы сталкивались раньше. Кристер уже разбирается со списком маньяков и извращенцев, кто из них на данный момент на свободе. И Сара из аналитического отдела опять с нами.
Сара коротко кивнула коллегам. Она оказала неоценимую помощь в деле Яне, сестры Винсента, когда нужно было проанализировать трафик мобильных телефонов. Когда дело касалось сортировки информации, Саре вообще не было равных.