Вы можете спросить, откуда мне все известно? Дело в том, что я подстраховалась еще раз – на всякий случай. Для этого пришлось обратиться в ФСБ с заявлением, что ряд лиц, которые, как я подозреваю, могут быть связаны террористами, охотятся за государственными секретами, информацией о которых, как они считают, я обладаю. Сама того не зная, я попала в десятку. Оказывается, Никита на самом деле якшался с какими-то радикалами, а приятель Бунина, бывший коммунист и выпускник советского военного училища, активно сочувствовал террористам.
В результате все прошло как по нотам. Друзья Никиты, спасая в моем лице шанс на обладание оружием возмездия, устроили поджог пансионата и инсценировку нашей с Верой гибели, для чего в горящее VIP-крыло были подброшены украденные из морга тела, впоследствии обгоревшие до полной неузнаваемости. Но ровно через десять минут на безлюдной лесной дороге нас отбивают чекисты. Мы, согласно договоренности и в рамках программы защиты свидетелей, год живем в тихом месте, а друзья Никиты отправляются туда, где им и положено быть.
Предвижу ваш вопрос о Вере. Должна вам сказать, что степень ее участия во всем этом минимальна. Неожиданно для меня она оказалась очень хорошей девушкой. А сначала, еще до того, когда ко мне пришло ясное понимание того, что теперь за мою жизнь не дадут и ломаного гроша, я решила обзавестись в ее лице помощницей. По некоторым признакам (неприступный вид, ледяной взгляд и прочая глупая мишура, которую так любят цеплять на себя многие женщины с неудавшейся, как они считают, личной жизнью), я поняла, что здесь можно поимпровизировать на тему «все мужчины – подлецы». И я, понятное дело, не ошиблась, потому что в большинстве случаев так оно и есть, хотя изредка и встречаются отдельные исключения.
Короче говоря, мы подружились. Она по моей просьбе стала связующим звеном между мной и контрразведкой, а также некоторыми людьми, включая вас. Вот и сейчас она выполнила несколько моих поручений, в том числе нашла вас и передала пароль к почтовому ящику. Сейчас Вера уехала на родину, где я помогла ей купить квартиру, подозреваю, впрочем, что расстались мы не навсегда.
Теперь об Анне Сергеевне, с которой вы познакомились в Египте. Не сомневаюсь, что при других обстоятельствах и – уж простите! – в соответствующем возрасте вы бы непременно закрутили с ней курортный роман, а я бы с удовольствием понаблюдала со стороны за его развитием. Но согласитесь, что в каждой поре жизни есть своя прелесть. В нашем с вами возрасте она заключается в том, что больше не нужно соперничать и доказывать друг другу в принципе недоказуемые вещи. Взять, к примеру, нас с Анной. Мы уже давно все друг другу доказали и всем, чем могли, померялись…
Что-то меня заносит в сторону от основной темы. Так вот, во время нашей с ней последней встречи – а встречались мы года два назад на том же самом курорте – мы условились: если она получает отправленное не мной сообщение о том, что со мной не все хорошо, то это означает, что я попробую исчезнуть, чтобы потом объявиться в новом качестве. Исчезнуть нам с Верой помогло само государство, так что теперь я ношу другое имя.
С Анной мы договорились, что если все будет хорошо, я дам о себе знать. Я не хотела писать на ее старый адрес, мало ли что… Поэтому попросила мою верную Веру проделать тот же фокус, что и с вашим новым почтовым ящиком. Для этого, правда, ей пришлось слетать за границу, но теперь мы можем позволить себе некоторые транспортные расходы.
Анна написала мне, что их ФБР само вышло на нее, причем примерно в то же время, когда я обратилась в соответствующую организацию в России. У них там наверняка существует какой-то обмен данными, раз они провели совместную операцию по обезвреживанию целой банды террористов. Еще Анна писала, что контактировавших с ней людей очень интересовало, что именно я продала в качестве секретной информации. Отсюда такой интерес к курьеру, то есть к вам. Но вами, естественно, интересовались не только борцы с терроризмом, но и борцы с борцами, из-за чего, собственно, и все ваши неприятности. Их бы не было, Алик, знай покупатели правду. А правда заключается в том, что продавала я исключительно собственные мысли и фантазии на тему «а что было бы, если…»
Удивлены? Могу только представить, с помощью каких изысканных оборотов речи вы выражаете сейчас свои чувства… Помните белиберду, которую я заставила вас выучить наизусть? Сочинить-то я ее сочинила, но потом сама что-то там забыла и напутала – то ли в географических названиях, то ли в цифрах, то ли во всем сразу. Да это и неважно, но в результате связанный со злодеями однокашник товарища Бунина получил один вариант, отечественные чекисты второй, а американские – с вашей помощью! – третий. Ах да, был еще четвертый – его в виде сборника мультфильмов получили националисты с террористами.