– Ты серьёзно думаешь, – в его тоне вдруг прорезалась кипящая ярость, заставившая Таиссу вздрогнуть, – что я допущу, чтобы с тобой хоть что-то случилось? Даже если ей всего лишь нужно тебя сфотографировать для вечерней газеты, я не выпущу твою руку. Но Найт хочет от тебя другого, и она поклялась мне, что это безопасно.
– Чего она хочет? – прошептала Таисса.
– Я не знаю. Но нейросканер не показал лжи.
– Она обманывает твой нейросканер, идиот!
– Ну да. А ещё она взломала линк члена Совета на расстоянии и щелчком пальцев влезла в твой дрон. – Дир выпустил её плечи и утомлённо потёр лоб. – Таис, она хороша как хакер, у неё наверняка блестящая команда, но она не может быть настолько хороша. Ни один человек не может.
«Я, как ты понимаешь, нечто большее».
– А ваши утечки? А атака на базы?
– Невероятны, но возможны. Но управлять нейросканером не смог ещё никто.
Он посмотрел вверх.
– Я не отдам тебя никому, но мне нужно знать, чего хочет Найт. Ты нужна ей, и я буду это использовать, как бы цинично это ни звучало. Кроме того, вспомни, что у неё твои друзья.
Павел. И беспомощная Алиса, которая ждала ребёнка.
Таисса сжала зубы.
– Я помогу тебе, – тихо сказала она. – Но если ты начнёшь убивать – извини. Мы станем врагами, и никакие чувства не помогут.
Дир кивнул:
– Я готов с этим жить.
Таисса протянула ему руку.
– Тогда вытащи нас отсюда.
Криокамеры. Длинный ряд криокамер, тянущийся вдоль стены.
И пустая камера в самом конце.
– Почему только одна? – спросила Таисса, не глядя на Дира.
– Потому что это самый безопасный для тебя способ. И потому что у меня ещё остались дела в стане Светлых.
– И что я буду делать одна? Найт выследит меня где угодно.
– Ты не будешь одна, – терпеливо сказал Дир. – Я встречу тебя, когда ты окажешься на месте.
– Точно?
Дир пожал плечами:
– Я бы сказал «верь мне», но мне давно пришла пора отучиться от этой фразы. И нет, я не хотел бы её слышать в твоём исполнении, принцесса.
– Прекращай звать меня принцессой, – резко сказала Таисса.
Он покачал головой:
– Я щажу твои чувства, Таис. Я стараюсь не показывать, насколько меня меняет аура. Быть прежним Диром, чтобы тебе не было так плохо и больно. Не знаю, почему я о тебе забочусь.
– Потому что всё ещё любишь, – прошептала Таисса.
Его лицо исказилось.
– Не тебя. Ту Таиссу, которую я представлял. Которая никогда, даже в страшном сне, не сказала бы мне того, что сказала.
– Ты сам не веришь в это, – тихо сказала Таисса. – Просто ты боялся, что я тебя отвергну, и удар Найт попал точно в цель.
– Прекрати, – резко сказал Дир. – Прекрати мне лгать, или, клянусь, я…
Он замолчал.
– Неважно, – тихо сказал он. – Всё неважно. Раздевайся и ложись. Сейчас придут техники и запустят процесс.
– Вот так просто?
– Тебя никто не собирается погружать в настоящий криосон, Таис. Просто устроят удобнее. Техник тебе всё объяснит.
– Сколько мне тут предстоит быть?
– И это тебе объяснят. Мне пора.
Дир коснулся её щеки лёгким невесомым поцелуем.
– Я приду за тобой. Ничего не бойся.
Но она боялась. Потеряв друзей, лишившись всякой связи с отцом и со Светлыми, ведь Найт мониторила все каналы. Потеряв Дира.
Ей было страшно. Таисса чувствовала, будто осталась совершенно одна в темноте. В бездонном космосе, где выключили все звёзды.
В следующий миг тёплые ладони коснулись её рук. Обняли, переплетая пальцы, и Дир коснулся лбом её лба.
– Наверное, я об этом пожалею, – тихо сказал он. – Но как бы ты ни лгала мне, что бы ни делала, я не хочу тебя терять окончательно. Не хочу и не могу.
Таисса кивнула.
– И я. – Она подняла голову. – Тебе очень хочется на меня наброситься? Теперь, когда ты Тёмный?
Дир поднял бровь:
– Напрашиваешься на комплименты?
– Просто хочу знать, уютно ли тебе рядом со мной. Ты ведь больше не Светлый с безупречным самоконтролем.