– Дважды, – хрипло сказала Таисса, смаргивая слёзы.
– Ну вот видишь.
Вернон бросил взгляд на свой линк и встал.
– У меня ночные переговоры, а потом я планирую напиться. Присоединяйся, если не сможешь заснуть.
– Ты так и не перестал пить?
Вернон пожал плечами:
– Снова будешь напоминать, как это вредно? Смысл, Таисса-моралистка?
– Ещё один день, – тихо сказала Таисса. – Если без виски ты проживёшь на один день дольше, это будет лучший день в моей жизни.
Он тяжело вздохнул.
– И я почти хочу подарить тебе этот день. Почти. Но опять же не вижу смысла. Не будем об этом, Пирс. Поговорим лучше о делах.
– Ты так ничего и не рассказал мне о делах, – напомнила Таисса. – Как ты собираешься возвращать меч с аукциона, заполучить сферу, сражаться с Найт? Ты ведь собираешься выступить против неё, правда?
– Во имя всего святого, Пирс… – Вернон прикрыл глаза. – Я устал. Строить планы лучше на свежую голову. И если уж ты хочешь помочь, сходи и сделай этот чёртов тест на беременность, который тебе только что положили в ванную. Я вряд ли засну, пока не узнаю.
– Ты беспокоишься обо мне, – тихо сказала Таисса.
– Ну а ты как думаешь? Ты всё-таки не обычная беспризорная Тёмная, которую я подобрал с улицы. Хорошо ещё, Хлое плевать на моих подружек.
– Плевать? Она тебя любит.
– Любила. Может быть. Но я нашёл её в чужой постели первым, и с этих пор, признаться, мои чувства сильно остыли.
Вернон кивнул ей:
– Кстати, платье тебе всё ещё идёт, даже после двойного десерта. Кто бы сомневался.
Ну, хотя бы не пошутил, как хороша она без платья. Таисса вздохнула. Шутка вполне в его духе. И глупо было притворяться, что эти шутки совсем её не грели.
Но он женится на другой. Он мог ей нравиться, она могла ощущать желание его поцеловать. Но одно дело – испытывать эти чувства, а совершенно другое – следовать им в поступках.
Нет. Идти на поводу этих желаний она не станет. Вернон, как бы он себя ни вёл, принадлежал своей невесте.
Таисса тихо вернулась в свою комнату и зашла в ванную. Сделала тест, выждала нужное время, посмотрела на результаты. Сохраняя лицо бесстрастным, вскрыла второй комплект с одноразовым экспресс-диагностом.
И, увидев второй результат, невесело улыбнулась.
Таисса не стала ничего говорить Вернону. Просто рухнула на постель, не раздеваясь, и закрыла глаза.
Тело охватывала странная тяжесть. Что-то подобное Таисса ощущала в Храме у Источника, когда тёмный кристалл давил на неё, пытаясь лишить воли, пытаясь сделать её темнейшей из Тёмных. Куда темнее Вернона и куда беспринципнее. Кем-то вроде Хлои, наверное.
Тьма давила всё сильнее, сминая все попытки сопротивления. Словно некая сила чего-то от неё хотела. Чего?
Таисса сжала зубы. Ну, чего бы эта сила ни хотела, своего она не получит.
А потом она поняла, что в тишину вкрадывается знакомый голос. Голос Великого Тёмного. Её предка.
– Великий, – прошептала она.
– Ты должна стать Тёмной, – раздался в её голове шёпот. – Времени мало. Я вижу смерть в твоей судьбе. Совсем скоро.
Таисса замерла. Великий Тёмный видел прошлое и будущее…
– Но я не хочу становиться Тёмной. Не такой.
– Хочешь проверить, что будет, если ты откажешься?
Таисса молчала.
– Чего именно ты от меня хочешь? – наконец спросила она.
– Иди к Тёмному. Попроси у него артефакт. Ты и я сделаемся ближе, и я смогу тебе помочь. Даже если ты всего лишь коснёшься его, этого будет достаточно.
– Нет.
– Время ещё есть. Но оно утекает с каждым часом. Решай.
Голос исчез из её сознания, и одновременно неведомая сила исчезла тоже.
Таисса сделала глубокий вздох. Великий Тёмный знал будущее. Он путешествовал сквозь время, он сказал ей, что она станет темнейшей из Тёмных. И его словами нельзя было пренебрегать.
Но сдаваться без боя дочь Эйвена Пирса не собиралась.