– Кто-то нашёл нас здесь, – сказал он. – Кто-то послал двух Тёмных сюда. Кто-то узнал о закрытом эксперименте Совета и пробил доступ даже к нему. Это катастрофа. Немыслимая утечка информации. Думаю, ты это понимаешь.
– Понимаю. Ты увезёшь меня отсюда?
Дир медленно покачал головой:
– В обычных обстоятельствах – да, я бы это сделал моментально. Но сейчас немедленный переезд будет значить, что я поставлю под удар ещё одну базу. Сначала нужно понять, что происходит.
Он коснулся её плеча.
– А теперь извини. Меня ждут совещания с другими членами Совета, и, боюсь, я застряну на весь день. Увидимся вечером.
Он уже повернулся, чтобы идти, когда Таисса окликнула его:
– Дир… я стала Светлой надолго? Навсегда?
Она была Тёмной всю жизнь. Но в Храме Великого Тёмного, спасая Дира, она сделалась Светлой под действием нанораствора. Временно или постоянно – Таисса не знала. И теперь, когда её тело лежало в тысячах километров отсюда в силовом коконе, никто не спешил прочесть её ауру и сказать ей.
На лицо Дира легла тень.
– Я не могу сказать, Таисса. Александр просил не говорить с тобой на эту тему.
– Почему? Просто скажи мне!
Дир покачал головой, направляясь в дом.
Дверь закрылась за ним.
Таисса долго не могла уснуть.
Нельзя вломиться в закрытый эксперимент Светлых. Невозможно узнать местонахождение члена Совета. Невозможно взломать сложнейшую экспериментальную электронику вроде дрона Таиссы, если даже не знаешь, как она работает.
Мозаика не складывалась.
Люди не были способны на подобное. Тёмные не были способны на подобное. Светлые…
Был лишь один Светлый, который умел и любил играть против своих. Только один.
Ей стоило подумать об этом раньше.
Таисса встала и спустилась в гостиную.
Ей нравилось здесь. Таисса в очередной раз оглядела комнату. Тихое спокойное место, обставленное согласно скромным средствам, но с большим вкусом. Она могла понять, почему Дир хотел побыть на заброшенном маяке. Читать книги у камина, гулять по сосновому бору, купаться в прохладном море – ведь Светлые не боятся заболеть.
Но всё же это была тюрьма. И ей не дали даже собственного тела.
– Александр, – негромко позвала она. – Срочный вызов от Таиссы Пирс.
Экран не зажёгся. Система словно не распознала команды.
Таисса вздохнула. Бесполезно.
А потом знакомый сухой голос раздался, казалось, прямо в её ухе.
– Сходи погуляй, девочка. Поговорим, когда ты будешь на другой оконечности острова. У твоего куратора острый слух.
Таисса подошла к окну. Миг, и она вылетела в приоткрытую форточку: дрону было достаточно малейшей щели. Ещё несколько секунд, и Таисса пролетела над соснами в ночном небе, снизившись лишь у небольшого галечного пляжа.
Она села всего в двух шагах от волн, подтянув колени к груди. Запрокинула голову к звёздам. И кашлянула, давая своему собеседнику знать, что готова к разговору.
Белое мерцание перед её глазами вдруг соткалось в человеческую фигуру. Голограмма. Нестарый человек лет пятидесяти пяти-шестидесяти, сидящий в кресле. Спокойный, собранный, с острым взглядом живых тёмных глаз.
Он не был похож на её отца, её дед. И он причинил немало горя и ей, и её семье.
Но ей трудно было совсем его не любить.
– Это был ты? – в упор спросила Таисса. – Ты организовал нападение?
– Ради одного-единственного дрона, который мне могли принести прямо в лабораторию? Ты меня разочаровываешь.
Таисса прикусила губу. Он был прав.
– Но кто ещё мог вломиться в ваши закрытые проекты?
– Мы этим занимаемся, Таисса. Ищем ответы.
– Но безуспешно?
– Пока – да.
– Потому что такой силы просто не существует, – с нажимом сказала Таисса. – Ни среди Светлых, ни среди Тёмных, ни тем более среди людей.
– Мы даже не заметили электронного вмешательства, – тяжело произнёс Александр. Его пальцы лежали на подлокотниках коляски совершенно расслабленно, и Таисса поразилась его спокойствию. Ведь вся безопасность Светлых сегодня полетела к чертям. – Ни следа. Ничего. Ни сегодня, ни вчера, ни неделю назад. Ни один хакер не смог бы так скрыть свои следы. Невозможно.