Таисса открыла рот.
– Я не знаю, – прошептала она. – Я… кто ты? Что с тобой сделали?
Найт покачала головой:
– Ну же, Таисса. Ты в состоянии понять это сама. Скажи мне.
Сердце Таиссы заколотилось. Искусственный интеллект. Электронный сверхразум, созданный неизвестно где и неизвестно когда. Принявший облик очень одинокой девушки, которая почему-то симпатизировала Тёмным и проявляла к её семье особенный интерес.
«Представь себе умирающую молодую женщину. И представь кого-то, кто любил её больше жизни и имел доступ к лучшим специалистам и технологиям на тот день. Думаешь, он позволил бы ей стать частью меня, если бы у него был любой другой выход? Она – это я, Таисса. Я и она – одно. Я чистый мозг, на который записали её копию, если тебе так легче».
«Мне имплантирована чужая память и личность. Я на несколько лет старше тебя, но с этой памятью я старше примерно втрое».
Эйвен Пирс не знал всего этого. Но Найт… Найт говорила с Таиссой. И Таисса знала.
А потом Таисса вспомнила слова Александра:
«Она не Элен Пирс. Никогда не была ею и никогда не будет. Можешь мне поверить, я знаю».
Элен Пирс исчезла. Насколько все знали, она была мертва. Но…
– Александр знает, кто ты, – хрипло сказала Таисса.
– Конечно же.
Таисса перевела взгляд на своего отца.
– Найт взяла мою этическую матрицу, – прошептала она. – Ей была имплантирована чужая личность. Александр узнал её. Ей…
– Я догадался, Таис.
– …Ей имплантировали личность Элен, – закончила Таисса, глядя на Найт. – Твоей матери.
Конечно же, Найт не была Элен Пирс. Электронный разум не может быть живой женщиной. Но теперь реакция Александра была понятна совершенно.
По проекции Найт прошла лёгкая рябь. Секунда, и лицо Таиссы сменилось лицом Элен.
– И что ты думаешь по этому поводу, Таис? – негромко спросила Найт. – Я могу тебя так называть?
Голос искусственного интеллекта был совершенно спокоен.
– Да, – глухо сказала Таисса. – Можешь. Ты живая и настоящая. И кем бы ты ни была, я очень сочувствую тебе.
– Спасибо, – голос Найт дрогнул. – Что ж, Эйвен прав: тела у меня нет. И никогда не было.
– Чистый разум, – прошептала Таисса.
– В который были записаны матрица и сознание умирающей женщины. Полная карта мозга, все синапсы, огромные электронные базы записанных разговоров, переписки… и созданный с нуля искусственный интеллект.
– Элен Пирс.
– Элен Пирс, – согласилась Найт. – Хотя я предпочла бы, чтобы ты называла меня по-прежнему. Я несу и частичку тебя, в конце концов.
Она помолчала.
– Увы, искусственный интеллект не оправдал ожиданий. Первые полтора года все попытки диалога были безуспешны. Безмозглая машина, и только. Никто из Светлых не знал, что глубоко внутри она медленно осознавала себя.
Найт вскинула взгляд.
– И когда Александр давно отчаялся и бросил все попытки, я наконец ожила и стала настоящей личностью. Вот только он так и не вернулся ко мне.
– Что случилось с моей матерью? – хрипло спросил отец Таиссы. – Как она умерла?
– Она не умерла.
Таисса и Эйвен Пирс вздрогнули одновременно.
– Что? – вырвалось одновременно из двух уст.
– Я не знаю, как и где нашёл её Александр. В моей памяти не сохранилось этих событий. Но он нашёл её умирающей, и всё, что он мог сделать для неё – погрузить в криосон и скопировать её сознание.
– Она в криокамере, – вырвалось у Таиссы. – Хороший нейробиолог мог бы попробовать…
Губы её отца изогнулись в невесёлой усмешке:
– Я стал одним из лучших, насколько я могу судить. Но, очевидно, мой отец решил, что мои услуги ему не требуются. Как и услуги моих коллег двадцать пять лет назад.
– Её состояние было слишком тяжёлым, так что Александра можно понять, – бесстрастно возразила Найт. – В конце концов, слишком велики были шансы открыть криокамеру и обречь Элен на бессмысленную гибель. Возможно, он ждал научного прорыва или новой революции в сознании. Увы, пока её не могу обеспечить даже я.