Тем более что, если Дир был прав и Алиса носила его ребёнка от Лары…
Таисса будет просто вынуждена уйти. Дать Диру и Ларе шанс быть вместе ради ребёнка, которого они, конечно же, будут воспитывать вместе с Алисой. Разве она откажет им в праве быть рядом, когда узнает, что отцом её дочери или сына будет Дир?
Нет. Они будут вместе, а Таисса отойдёт в сторону. Ради их счастья и счастья маленького существа.
Иначе Таисса поступить просто бы не смогла.
Или смогла бы?
Она обхватила голову руками. Вернон и его невеста, Дир и его будущая семья… неужели она останется совсем одна?
Сильные ладони легли ей на плечи.
– Пора сменить твоего отца на вахте, – тихо сказал Дир. – Впереди целый космический день. Попробуем прожить его как настоящие звездоплаватели.
Отец Таиссы лежал в ложементе, полузакрыв глаза. И выглядел он ещё хуже, чем Дир, хотя внешних проявлений, кроме заострившихся черт и запекшейся крови над верхней губой, почти не было. Просто Таисса знала своего отца. Знала, как никто другой.
– Что случилось? – хрипло спросила она, опускаясь перед ним на колени. – Что?
– Семь секунд, – произнёс он глухо. – Я дал импульс включения всем своим системам на десять секунд, чтобы проверить расчёты. Чтобы перепроверить все данные и убедиться, что мы не летим в никуда. Я – мощнейшая вычислительная машина, Таис. Пожалуй, я бы мог заменить весь центр управления полётами у Светлых.
– Твои импланты в мозгу…
– Взбесились из-за излучения зонда. Но я успел отключить их вовремя, Таис. Всё в порядке.
– Но чуть не свалился с инсультом, – яростно проговорила Таисса.
Лёгкая улыбка.
– Нет. Никогда. Всё предусмотрено; я никогда не стал бы рисковать вашими жизнями. Но мне пришлось нелегко, тут я врать не буду.
Таисса порывисто обняла его, и он не стал протестовать.
– Но твои импланты могли тебя убить, – прошептала она.
– Да, – просто сказал её отец. – Если бы я отключил ограничители и позволил бы какой-то внешней силе меня использовать, мне могли бы сжечь мозг целиком. Я бы просто не выдержал.
– Найт, например.
– Например. Но я никогда ни перед кем так не откроюсь. Я потерял память, но не сошёл с ума.
Её отец помолчал.
– Всё так сюрреалистично, – проговорил он. – Я лечу со своей дочерью спасать свою мать, но не помню ни ту, ни другую. И всё же я рискую жизнью без колебаний. Словно тот, другой Эйвен смотрит на меня издалека, и я не могу его подвести.
– Ты никогда его не подведёшь, – прошептала Таисса. – И никогда не подведёшь меня.
Эйвен Пирс покачал головой, поднимаясь из ложемента.
– Я уже чувствую, что тебя подвожу, Таис. Было бы глупо не замечать, как ты ловишь мой взгляд и надеешься. А я каждый раз замираю от чувства вины.
– Эйвен… – нерешительно начала она.
– Всё в порядке. Я начинаю привыкать.
Наступило молчание.
– Интересно, – сказала Таисса вслух, – почему Светлые сбежали с Луны? Если из-за Найт, что она сделала? Дир, Лара упоминала об этом?
Дир качнул головой:
– Она о многом умолчала. Мы узнаем на месте, уверен. Но сначала я предлагаю долететь.
– Что будет куда труднее сделать с усталым и разбитым штурманом, – согласился её отец. – Таис, думаю, тебе стоит…
Она так никогда и не узнала, что он хотел сказать.
Тихо и страшно свистнул воздух.
Что-то укололо её в руку. Песчинка.
В следующую секунду корабль тряхнуло, и одновременно завыла сирена: сработали бортовые системы, которые бы показали опасность куда раньше, если бы не зонд Светлых, застрявший в обшивке.
Метеоритная опасность.
Они попали в поток. И поняли это слишком поздно.
Таисса успела встретиться взглядом с Диром.
Взглядом, где было всё. Прощание, обещание, горечь вечной разлуки.
Обречённость.
Взгляд отца Таисса поймать не успела. Только падающее тело и кровь, алыми толчками выбивающаяся изо лба.