Они потянулись друг к другу, теперь уже окончательно не разделённые ничем. В темноте Таисса видела лишь очертания рук Дира, груди, абрис лица. Они были одни среди звёзд, и зрения больше не было. Остались лишь прикосновения горячих пальцев и лёгкая дрожь перед тем неизбежным, что должно было свершиться. Таисса прижалась к Диру обнажённым телом, чувствуя, как уходят мысли о смерти, уходит всё в блаженном расслаблении, в полном доверии. Как неожиданно приятно обнимать его без одежды, вести ладонями по голой спине, прижиматься грудью, отвечать на поцелуи, как в голове становится жарко, невесомо и легко, как скользят по телу руки, и губы ищут и ловят каждый миг, чтобы снова коснуться друг друга…
Его ладони легли ей на бёдра, и Таисса послушно подалась навстречу, не выпуская его плечи. В следующую секунду вокруг них зажглось золотистое сияние. Дир активировал своё портативное силовое поле, забирая их двоих внутрь.
Таисса молчала, глядя на его обнажённое тело и светлые волосы в золотистом пламени. Времени осталось совсем немного.
– Моя первая принцесса, – прошептал Дир. – И последняя.
Таисса подняла руку и медленно провела по его щеке. Куда более интимной лаской, чем всё, что она могла подарить ему этой ночью.
– Ты будешь жить, Дир, – сказала она с нежностью, которой не ожидала даже от себя. – Мой принц. Моя первая любовь.
Лицо Дира озарилось еле заметной улыбкой. Светлой, не Тёмной.
– Я так тебя люблю.
Он склонился над ней, и Таисса улыбнулась ему в ответ, раскрываясь перед ним.
«Бери».
И он понял этот немой призыв.
– Таисса, – шепнул Дир, опускаясь на неё. – Моя королева.
Удар.
Взрыв, который не предотвратило бы никакое силовое поле.
Таисса не успела дотянуться до генератора. И, переходя в сверхскорость, в последнюю секунду жизни ощущая невозможный жар и немыслимый холод, успела лишь мысленно произнести одно-единственное имя.
Глава 16
Многотонный астероид на сумасшедшей скорости.
Метеор, болид, летящая смерть, раздавившая три хрупких человеческих жизни. Неважно, что двое были Тёмными, а третий уже не был человеком в общепринятом смысле этого слова: их сердца бились, они мыслили, любили и были людьми.
Были.
Пока не погибли. Дважды.
– Третьего раза не будет, – услышала она из невозможного далёка. – Прости, моя кровь.
Она должна выжить в этот раз. Должна.
С этой мыслью Таисса открыла глаза.
Дир застёгивал комбинезон. Рывок, и он поднял её на ноги.
И быстро, порывисто обнял.
– Мне было очень хорошо с тобой, – прошептал он. – Хоть ничего и не произошло, хотя мы не успели – неважно. Но в этот раз не будем устраивать прощаний. Просто выживем.
Таисса молча кивнула, сглатывая комок в горле.
У них остался только один выбор.
Эйвен Пирс включил двигатели на экстренное торможение мгновенно, не требуя объяснений. Если бы Таисса видела корабль со стороны, она увидела бы струи, вылетающие из носа двигательного модуля корабля, придающие ему обратный импульс.
И теперь её отец с бесстрастным лицом выполнял манёвр разворота.
Несколько секунд царила тишина. Все трое прекрасно понимали, чем грозил им сход с курса.
Бесценный кислород. Топливо. Время.
И грозящая им невозможность лечь на обратный курс.
Таисса невесело улыбнулась. Возможно, через сто или двести лет, когда управлять космическим кораблём будет так же легко, как и автомобилем, вероятная встреча с метеоритным потоком не будет доставлять никому неудобств. То же самое, что немного постоять в пробке.
Увы, для них троих будет слишком поздно.
– Я попытался связаться с зондом, застрявшим в нашей обшивке, – сказал Эйвен Пирс. – Передать для Светлых пакет информации, чтобы они поняли, в какой опасности мы находимся, и вернули нам связь с Найт. Но, похоже, передать через него что-либо невозможно. Он может только блокировать нам все каналы, больше ничего.
Дир помолчал.