– Ты бы задумался, – прошептала Таисса.
– Да. Но есть шанс, что я бы не остановился. Я сам до конца не верю в это, но я не желаю допускать даже самой возможности.
– Дир…
– Спи, принцесса. Впереди Луна.
Таисса открыла было рот, но его палец лёг ей на губы.
– Ты спасла целый космический корабль, – мягко произнёс Дир. – Можешь себе представить, что случится с нами, если ты не выспишься?
– А ещё мы и препорядочно времени не ели, – пробормотала Таисса.
– Когда на тебя несётся поток метеоритов, немного не до этого. Впрочем, уверен, твой отец сейчас спешно нарезает себе бутерброды с сыром.
– Дир!
– Что? Просто предположил.
Таисса не выдержала и захихикала в темноте. Дир обнял её крепче.
– Завтра, солнышко моё, – прошептал он. – Завтра будет завтрак и скучная игра в карты, и Эйвен и Найт расскажут нам все последние новости. А потом будет Луна и новые тайны, обещаю.
В его голосе звучала странная грусть. Таисса вскинула голову, ловя его взгляд и не находя его: глаза Дира были закрыты.
– Что такое? – тихо спросила она.
– Не знаю. Должно быть, я идиот. – Теперь в его голосе прозвучала горечь. – Просто… ты помнишь, когда мы погибли во второй раз? Когда я и ты…
– Я помню, – шепнула Таисса.
– Ты занимала все мои мысли в ту минуту. Было бы удивительно, если бы это было не так, правда? Но, погибая, я думал не о тебе, Таис. Не о тебе.
Таисса молчала. Важно было его выслушать.
– У меня были доли секунды, – прошептал Дир. – Я подумал о ребёнке, которого носит Алиса. И мне так остро захотелось оставить за собой сына.
– У тебя будут сыновья и дочери, – тихо напомнила Таисса. – Ты же согласился на посмертное донорство.
– Да. Но я никогда не понимал раньше, каково это, когда это твой ребёнок по-настоящему. Не через много лет после твоей смерти. Когда ты ждёшь его, впервые берёшь на руки… смотришь на девушку, которая станет его матерью…
Дир глубоко вздохнул.
– Мне нужно знать, кто стал отцом ребёнка Алисы, – незнакомым холодным голосом сказал он. – Ребёнка настолько необычного, что он сохранил ауру внутри человеческой девушки. И если я только узнаю, что Александр предал меня, пошёл наперекор моей воле и сделал меня отцом, я никогда не вернусь к Светлым.
– И заберёшь этого ребёнка у Алисы? – голос Таиссы дрогнул.
– Может быть.
– Ты обещал ей, что никто её не тронет, – голос Таиссы упал до шёпота. – Ты обещал.
– Я Тёмный, принцесса, – в голосе Дира появились жёсткие нотки. – Не стоит обольщаться моими хорошими манерами. Речь может идти о моём сыне или дочери. Думаешь, твой отец не пошёл бы на любое преступление, чтобы ты не попала в приёмную семью?
Таисса вздрогнула.
– Пожалуйста, не надо, – прошептала она. – Не говори так.
Он вздохнул.
– Хорошо, принцесса. Обещаю тебе, если ребёнок Алисы окажется моим, я испробую все мирные методы. И уговоры, и дружбу, и попытки понять друг друга. Даже попрошу Найт мне помочь.
– Спасибо, – шепнула Таисса.
Найт почти наверняка знала что-то о ребёнке Алисы. Она не зря похитила девушку. Не только потому, что Таисса была её подругой, но и потому что… что?
Тайны. Загадки, которые им не суждено было разгадать. Или, как сказала ей Найт когда-то, они смогут это понять, когда будет уже слишком поздно что-то изменить.
Уже засыпая, Таисса ощутила, как тёплая ладонь Дира ложится на её волосы. И как в тихий, совсем не похожий на властного Тёмного шёпот вдруг вкрадывается мелодия.
Дир почти беззвучно пел ей колыбельную о маленькой звёздочке, сияющей в невозможной высоте, озаряющей путь, и Таисса улыбнулась, узнавая знакомые нотки. Она чувствовала, как расслабляются мышцы, как исчезают сомнения, как напряжённое тело успокаивается. Как она оказывается дома. За тысячи и тысячи километров от Земли – дома.
– Дир, – шепнула она. – Ты ужасно не попадаешь в ноты.