Никита рассмеялся и даже изобразил аплодисменты.
— Лихо, Григорий, лихо! Уважаю нахрапистых и дерзких. Значит, помимо увеличившегося потенциала и финансовое положение упрочить?
— Прошу прощения, если моё желание показалось вам наглостью.
— Решим что-нибудь, не переживай. Давай так… Я сейчас позвоню Ольге Викторовне — управляющей Центра — и согласую с ней вопрос о заселении. Свободные места быть должны, а вот с капсулами могут возникнуть проблемы…
Никита достал телефон, и оставаясь на месте, при Григории набрал номер Ольги, стал ждать, когда она откликнется.
— Привет, сестрёнка! Я тебя не отвлекаю? Тут вот какой момент: нужно пристроить одного человека для эксперимента… Нет, у него и руки на месте, и ноги. Чего смеёшься? Я хочу «разогнать» его Дар. Помнишь, мы такую возможность для полукровок обсуждали. Вот, ко мне приехал именно такой клиент. У тебя найдётся свободная капсула? А палата? Угу… Я думаю, пока на месяц. Первое время буду сам контролировать процесс. Методичкой поделюсь, не переживай. Так мы едем? Ну, всё, жди…
Никита закончил разговор и подмигнул напряжённо ловившему каждое слово Аяксу.
— Вопрос решён. Ольга Викторовна сейчас даст распоряжение, чтобы тебе палату подготовили. Будешь один лежать. Это вопрос этического плана, Гриша. В клинике находятся пациенты, у которых нет руки или ноги, а то и обеих. Поэтому лучше будет, если на тебя, красивого и здорового, не будут коситься.
— Я всё понимаю.
— Раз понимаешь, тогда едем. Посиди здесь, я ополоснусь быстро, оденусь и распоряжусь насчёт машины.
Яссы, апрель 2017 года
— Госпожа, к вам какие-то люди, — постучав в дверь будуара, громко предупредила горничная.
— Зайди! — Виорика, сидя перед зеркалом, тщательно наносила на лицо крем с помощью ватного тампона. — Что за люди, Мария?
Сложив поверх фартука руки, горничная встала в дверном проёме и доложила:
— Двое мужчин, по виду из какого-то серьёзного ведомства. Приехали на машине.
— Русские? — уточнила девушка.
— Да. Но они не сказали, откуда именно.
— Может, что-то про Станислава хотят сказать? — разволновалась Виорика. Мужчина пропал несколько дней назад, успев только позвонить и предупредить, что его срочно вызывают в Одессу. И всё. С той поры — глухое молчание.
Девушка гнала от себя мысли, что влюбилась в этого человека, чего категорически нельзя было делать. Аржевский работал в русской разведке, а она являлась тайным осведомителем «Опус деи», связанная по рукам и ногам некими обязательствами. Но… сердцу не прикажешь, как говорят в народе. Чувства не возникают на ровном месте, и даже опасная игра, затеянная обоими, не смогла прочертить границу между ними. Забавно, что и Станислав, и Виорика знали друг о друге уже достаточно много, но это не помешало им стать ближе.
Несколько дней, проведённых в «Белом Аисте», были волшебными. С какой неохотой они возвращались в Яссы! Ну почему в жизни так мало места счастью?
Горничная терпеливо ждала ответа от задумавшейся хозяйки.
— Пригласи их в дом, угости чаем или кофе, — решительно проговорила Виорика. — Я должна привести себя в порядок.
— Да, госпожа, — Мария кивнула, и аккуратно прикрыв дверь, удалилась.
Виорика критически посмотрела на себя в зеркало. Пожалуй, достаточно. Осталось только выбрать наряд, чтобы гости смотрели большую часть времени на неё, а не задавали неприятные вопросы. Она себя надеждами не тешила и прекрасно осознавала, что рано или поздно её схватят. Не зря же Стас открылся ей. Значит, действительно чувствовал опасность. Надо было бежать в Румынию прямо из «Белого Аиста»! То, что внизу её ждут люди из ИСБ или контрразведки, это почти так же точно, как и восход солнца по утрам.
Выбрав жгуче-алое платье в пол с глубоким декольте, она надела на шею ожерелье в виде золотой цепочки со змеиной головкой, уютно свернувшейся в яремной впадине, и спускающимся вниз хвостом, усмехнулась в своё отражение — и небрежно распустила волосы.
В таком виде она и спустилась вниз, где в её ожидании двое мужчин в одинаковых серых цивильных костюмах попивали кофе. Даже лица их оказались одинаковыми, словно под копирку: блеклые, размазанные, ничем не примечательные. Точно, из разведки. Но Виорика тут же окрестила одного Высоким, а его напарника — Малышом, хотя в росте он уступал всего-то на полголовы.
Как девушка и надеялась, на бесстрастных и невзрачных лицах мужчин всё же проявились эмоции. Глаза Малыша маслянисто заблестели, а Высокий, наоборот, постарался отвести взгляд в сторону, чтобы не расклеиться. Возможно, он и будет вести разговор.