Если Вы, читатель, выбрали вариант А, то перейдите к Главе 6.
Если Вы, читатель, выбрали вариант Б, то перейдите к Главе 10.
Глава 5
Однотонный звонок будильника больно врезался в мозг. Вставать жутко не хотелось – одеяло как назло казалось слишком пленительным. Приняв волевое решение, я в одно мгновение села в кровати, а затем резко встала, отсекая все попытки поспать ещё пять минуточек. Быстрый душ смыл остатки сна, а неизменный йогурт заткнул недовольное бурчание желудка. Накинув одежду и бережно засунув проект в папку, поспешила на выход. К моему удивлению Дары ещё не было. Конечно она зачастую приходила поздно да и нередко оставалась ночевать у парня, но это было только на выходных. Поэтому то, что пятничным утром ее не было дома, казалось чем-то неестественным.
«Нужно будет ей позвонить, но попозже. Может, она ещё спит? В любом случае, я опаздываю».
До метро я уже бежала вприпрыжку. Bon Jovi, разрывающийся в ушах, подгонял.
В подземке было по обыкновению сонливо. Ещё не до конца проснувшийся офисный планктон дремал на ходу. Только двери поезда распахнулись, как я проскочила внутрь и протиснулась с краю. Сидячих мест не было, да я и не надеялась — в час пик количество офисного планктона превышало показатели один человек на квадратный метр.
Заполонив остатки свободного места, люди заняли все пространство, после чего поезд, протяжно скрипнув, потянул нас по бесконечным путям. Останавливаясь на каждой станции, вагоны выплевывали людей порциями, но сразу же вбирали новые. Ближе к центру их становилось все больше, а места, которого и так не было, все меньше.
Некоторые, явно решившие вздремнуть стоя, так и норовили пройтись по ногам, а порой и того хуже — завалиться всем весом, вжавшись в спину. Как обычно, находились и те, кто забыли о водных процедурах, выдыхая на всю округу запах подгнивших зубов. Но большинство просто игнорировали существование остальных, залипнув в очередной флэш-игре или совершая ежедневный ритуал проверки социальных сетей. В универе можно было уже выдохнуть.
Не успела я найти свою группу, столпившуюся в коридоре третьего этажа, как высокий голос Ирины Николаевны мрачно раздался позади:
— Готовы вешаться?
Будущие архитекторы, обернувшиеся на звук, выразили мрачное согласие. Круги, залегшие под глазами, свидетельствовали о том, что сегодня почти никто не спал — заканчивали работу по традиции в последнюю ночь перед сдачей.
— Что? Пора?
Среди студентов показался и Герман Юрьевич. Он принёс ключ от аудитории и, отворив дверь, пропустил архитекторов внутрь.
— Как обычно, повесьте проекты на стену. Как закончите — выходите. Мы внимательно осмотрим работы и вынесем оценку. И да, описания сдайте стопкой на учительский стол. Результаты будут известны через полчаса.
Студенты потихоньку засеменили в класс. Затем начали доставать свои проекты и закреплять их в специально отведённых местах.
— Воронцова, Вы закончили проект? – голос Германа Юрьевича звучал по обыкновению спокойно, но по залегшей между точенными бровями морщинке было видно, что он интересуется искреннее.
Я понимала, почему он спрашивает. В своей области он был настоящим профессионалом, поэтому уже не единожды я обращалась к нему по учёбе. Многие его недолюбливали, считая излишне строгим и безразличным, но мне даже нравилась его требовательность. Только благодаря этому можно достичь поставленных задач. Наверное, именно поэтому он меня и запомнил. Нет, конечно, я не была его любимчиком, он совсем не такой, чтобы выделять кого-то одного, но на особо старательных он всегда обращал внимание. Не могу не сказать, что его интерес к моей работе жутко льстил. Во многом именно поэтому сейчас я чувствовала себя ужасно, словно не оправдала его доверия, предала.
— Нет… — выдавить что-то ещё язык не поворачивался. Казалось, чтобы я ни сказала, — это звучало бы как оправдание.
Аккуратная чёрная бровь удивлённо приподнялась, а в и без того холодных глазах засквозил лёд. Больше лицо не выразило ничего. Но я знала: в этих серых глазах было разочарование. Это было хуже любого приговора.
Не утруждая себя дальнейшими расспросами, он перешёл к остальным, помогая развешивать проекты на стену. После того как все были отмечены, а работы размещены, мы высыпали в коридор, ожидая участи. Большинство сразу свалили в столовку: многие не успели позавтракать, а некоторые и поужинать. Я последовала за ними топить горе в горячей порции молочной каши, щедро сдобренной маслом.
Полчаса пролетели незаметно. Когда мы вернулись, аудитория уже была открыта, а на проектах красовались оценки. Я подошла к готовым работам. Рассматривая их, не заметила, как профессор вырисовался позади.