Хоть с Саввой я не была лично знакома, знала о нем побольше, чем о некоторых своих друзьях. И не сказать, что я такая любопытная. Нет, просто сложно не знать о человеке, о котором болтает твоя соседка почти каждый день. Я знала, когда у него день рождения, какую еду он предпочитает и как ненавидит лук. Помнила, что недавно он осуществил мечту и купил байк. Как его мать чуть ли не подтирает ему сопли и жалуется, когда он проводит с Дарой слишком много времени. Я слышала его любимые песни и видела, кажется, сотни его фотографий. Ах, эти прелести любви. Но также я была в курсе их постоянных размолвок. Уже даже не помню, сколько раз они расставались и слёзно мирились. После пятого я уже сбилась со счета. Вместе их держали только чувства. Все же остальное игнорировалось, списываясь на страсть или глупость.
Стараясь сдержаться и не вздохнуть тяжело, я все же спросила:
— Так что у вас произошло?
Дара всхлипнула громче, но все же выдавила:
— Он меня ударил! Представляешь?
Я мгновенно напряглась. Раньше такого не было. Ссоры ссорами, но насилие — это уже другое.
Я обеспокоенно уточнила:
— Ударил? Как это произошло? Покажи. Где-то болит?
— Нет, я, наверное, не так выразилась. Не совсем ударил, толкнул. Сильно. Я налетела на шкаф.
У меня вырвался вздох облегчения. Конечно это было не сильно лучше, но хорошо, что обошлось хотя бы без кулаков.
— Болит? Сильно приложилась?
— Болит... — Дара протяжно высморкалась.
— Как это произошло? —выждав паузу, я все же решила уточнить.
— Мы обычно проводим время вместе на выходных. Работа все-таки. Иногда и на неделе. И вот вчера мы собирались после работы встретиться у него и пойти в кафе, да и вообще выбраться куда-то. Я пошла к нему, а он выходит такой в непонятках. Оказывается — забыл. Представь? Мы всю неделю не виделись, договаривались увидеться в четверг, а он забыл. Все так быстро случилось. Я так расстроилась. Пошла к Вике, просидела у нее до утра. Ей на работу надо было, а я отпросилась. В таком виде не пойдешь. А, Вика — это моя подруга.
Выслушав сбивчивую исповедь, то и дело прерываемую шнёрканьем, я все же попыталась сгладить удар:
— Ну, знаешь, как это бывает. Заработался, вылетело из головы.
— Ладно бы только это. Он с друзьями уже договорился в бар пойти, а я, получается, зря ехала. Да и ладно с этим! Мы с ним ещё во вторник договорились! А он сегодня решил с друзьями пойти, а я гуляй. Зря через полгорода к нему ехала.
— А потом?
— А потом! Я ему говорю, что раз мы с ним раньше договорились, то он со мной должен пойти, а с друзьями и завтра может. А он разозлился, сказал, что ему уже надоело от меня упрёки слушать. Да и вообще, все равно на выходных встретимся. Какая разница? И раз он сказал, что с друзьями пойдёт, то с друзьями и пойдёт. А потом как толкнул меня. А я... А я даже никогда против не была его друзей! Понимаешь? Ну хочет с друзьями развлекаться — пожалуйста! Я и не запрещала никогда! Но раз мы договорились, и я уже приехала...
Дара вновь в голос разрыдалась. Я неуютно поерзала рядом, не зная, как себя вести, но потом все же приобняла её за плечи. Ещё какое-то время провела рядом, успокаивая начавшуюся истерику. Когда она поутихла, я хотела было сказать что-то ещё, но побоялась, что снова расстрою девушку. Дара продолжила разговор сама.
— Нет, это точно конец.
— Расстаетесь?
— Да, и на этот раз окончательно.
Я крайне в этом сомневалась, но все же поддержала, кивнув. В их отношения с Саввой я не лезла никогда, хоть и не разделяла оптимизма по поводу существования этих самых отношений. В глубине души я все же надеялась, что когда-нибудь они все же прекратятся и я не буду свидетельницей этой уже приевшейся санта-барбары. Но сейчас я была серьёзна и искренне надеялась, что это конец, не столько потому что мне это надоело, сколько потому что он посмел поднять на неё руку. Конечно толкнул – не ударил, но это уже заставляет задуматься. Насилие я ненавидела всем нутром. Ещё с детства это была для меня больная тема.
— Хорошо. Значит, с Саввой покончено.
— Да... — Дара неуверенно шмыгнула.
— Так, послушай. Знаю, что расставаться — это всегда непросто. Но толкнуть... Ты права, это уже переходит грань. Такое прощать нельзя. Слышишь? Ты делаешь все правильно! Да, сначала все будет сложно, но потом отпустит. Не переживай! Хорошо?
Дара благодарно улыбнулась, на этот раз более уверенно.
— И вообще, негоже сидеть дома и хандрить. Нужно поднять настроение, развеяться! Как насчёт того, чтобы завтра пойти погулять? Вроде на выходные, говорили, потеплеет. Вот! Нужно использовать этот шанс!
— Ну, не знаю, — девушка сконфуженно замялась. Только сейчас она поняла, что плакалась своей знакомой и даже не подруге. Уж о том, чтобы идти куда-то вместе... Это казалось немного чересчур.
— Да брось, будет весело! Соглашайся!
Дара решительно сдвинул аккуратные брови, вытерла руками остатки слез и убрала густые волосы, упавшие на лицо.
— А знаешь, ты права! Давай пойдём развеемся.
С этими словами она резко поднялась, выпутавшись из импровизированного кокона. Я, сидевшая неподалёку, от такого резкого движения отпрыгнула, чуть не свалившись с кровати.
— Ещё я буду по нему убиваться! Ага, щас! И вообще, давай закажем еды. Это всегда поднимает настроение.
Я лишь успевала судорожно кивать в ответ на такую быструю смену настроения. Пока пыталась сообразить, что от меня требуется, Дара резво собрала платочки, отправив их в мусорную корзину.
— Так, нужно привести себя в порядок. Чур, я в ванную.
— Э, да, конечно.
— Сонь, можешь пока заказать пиццы, пожалуйста. Я оплачу.
— Пиццы?
— Да. Или, может, ты не хочешь?
— Да нет, хочу. А какую заказать?
— Я буду пепперони. Себе можешь выбрать в любую.
Я замешкалась, не поспевая за воспрявшей духом соседкой. Хотела было уточнить детали, но она уже скрылась в ванной, оставив меня наедине с телефоном.
«Ну что же. Пицца так пицца. Посмотрим. Домашняя, грибное ассорти, гавайская... Точно нет! О, фирменная. Выглядит неплохо. Возьму её».
Я потянулась к кнопке с изображением корзины, но не успела нажать, потому как мой телефон завибрировал, едва не выпав из рук. На экране высветилось знакомое имя.
— Да, Паш, что такое?
— Уж и позвонить нельзя, — голос звучал наигранно и в то же время, по обыкновению, шутливо.
— Можно, конечно. Ты поболтать?
— Можем и поболтать, но я звоню тебе по делу.
— Какому-такому?
— Да вот, произошло невероятное несчастье! Друг хотел сходить в кино с девушкой, но что-то не срослось. Билеты пропадают. Вот я и подумал: давай махнём в кино?
— Кино? На что?
— «Доктор Стренж». Я глянул отзывы. Вроде неплохие.
— Тогда иду! — я согласилась почти без раздумий.
— Давай встретимся завтра у выхода из метро «Станция имени Гоголя» часа в четыре?
— Ой, завтра?
— А что, у тебя какие-то планы?
— Не то чтобы. Но знакомая с парнем рассталась, думала сходить с ней погулять.
— Значит, не идёшь?
— Даже не знаю. Ей вроде уже лучше. Дай подумать.
«Конечно я ей предложила сама, да и она была так расстроена. Вряд ли ей стало лучше. Опять будет завтра сидеть грустить. Нужно её подбодрить. Хотя, с другой стороны, мы с ней даже и не подруги, так, соседки. Я же не обязана с ней сидеть? У нее есть, с кем развеяться. И я хотела посмотреть этот фильм. Да и с Пашей наверняка будет веселее. Что же мне выбрать?»