Ощущения змеюки были подобны тем, что испытывают космонавты на центрифуге, или во время старта и приземления, когда перегрузки доходят и до семи g! После таких упражнений особо не пошалишь. Покрутив „королеву“ над головой секунд тридцать-сорок, старший помощник со всей дури шмякнул её головой о пень. Вполне ожидаемо, никакой активности после этого гадюка не проявляла — лежала тихо и спокойно, позволив Денису снять с нее корону. Точнее говоря — выдрать с мясом, потому что венец не лежал на голове, а врос в нее. В тот же миг, как черт из табакерки, выскочил Байгол.
„Спасибо Хозяин, что выручил из полона! — он отвесил старшему помощнику земной поклон. — Если бы не ты, остался бы у этой кикиморы в вечном услужении! А здесь скукотища! — продолжил мертвый шаман. — Жабы, да гадюки, поговорить не с кем, по-человечески! Тоска …“ — не сказал, а как-то даже простонал он.
— Ладно тебе, — Денис к своему удивлению почувствовал, что растроган. — Показывай, где вместилище, да пошли отсюда.
Сразу лечь спать не получилось — и не то, чтобы потряхивало после боевого выхода, а как ни крути, вызволение Байгола было именно что боевым выходом, но даже обычного отходняка после опасного мероприятия не было, однако же и сна тоже не было ни в одном глазу. Все-таки, хоть и не существовало настоящей опасности во время проведения мероприятия, но нервы напряжены были — заранее ведь не знаешь, как оно там обернется. Да и пообщаться со спасенным шаманом можно было только ночью, а то ведь утром сгинет, паршивец, придется следующей дожидаться. Поэтому заварил старший помощник крепкого чая, достал печеньки и уселся за кухонный стол, а напротив примостился бывший тумэнбаши Кублай-хана.
— Ну, и что это было? — задал наводящий вопрос старший помощник.
„Не что, а кто, — поправил его Байгол. — Дочь Владыки Леса“.
— Лешего, что ли?
„Нет. Леший — один из слуг Владыки“.
— Вот оно чё, а мужики-то и не знают! — хмыкнул Денис. — Ладно, давай дальше с этой ноты.
„Чиво?“
— Чиво-чиво… — передразнил мертвого шамана старший помощник. — Ничиво! Подробно давай, что за Владыка такой и, что за дочь такая, мать её!
„Шутишь Хозяин? — округлил глаза Байгол, явно не понимая, как тот может не знать таких элементарных вещей, но не дождавшись от старшего помощника ответа, заговорил: — Раньше тут лес был… — Он запнулся, пребывая в затруднении. И если немного подумать, то мертвого шамана можно понять. Вот как объяснить человеку, понятия не имеющему о нашей жизни, значение слова „олигарх“, или, к примеру, тот же „депутат“. Если взять определение из какого-нибудь толкового словаря, то одно будет, из Интернета — другое, а если рассказывать, как оно на самом деле — третье. А нужно правду доложить. Господина обманывать нельзя. Вот и будешь долго формулировать. — Большой лес, — добавил Байгол важную характеристику зеленого массива. К чему было это уточнение Денис не понял, но к сведению принял, а шаман продолжил рассказ: — У леса был Владыка, у Владыки слуги: лешие, бабайки, баранчи, верлиоки, ендари, зыбочники, лесавки…“
— Хватит! — приказал Денис, у которого сложилось впечатление, что мертвый шаман может до бесконечности перечислять всякую хрень. Лично с него было достаточно. — Что за лесавки еще такие? — заинтересовался он, но сделал это больше для проформы, в то сам задал вопрос и сам же обрывает ответ на полуслове — нехорошо…
„Дети лешего и кикиморы. Любят шалить, сбивают с дороги путников, путают тропы, сыплют на голову труху и обматывают паутиной“ — четко, как дежурный по роте командиру пока, отрапортовал Байгол.
… хренасе!.. и это Земля не магический мир!?!.. ну, извините…
— Все-то вы знаете Василий Иванович, — удивленно покачал головой старший помощник.
„Байгол, мы!“ — насупился шаман, на что Денис только махнул рукой.
— Теперь давай по дочерям, — распорядился он. — Что за змеи?
„Почему только змеи? — удивился мертвый шаман. — Разные… белки есть, лисицы, волчицы, ну и змеи тоже. Как же без змей-то?“
— И действительно, — хмыкнул старший помощник. — Как же без змей? И много у Владыки дочерей?
„Так одна Марлиша и осталась. Нет уже никого. И Владыки нет“ — равнодушно сообщил Байгол, а старшего помощника от этого известия неприятно кольнуло.
„Небось в Красной книге была записана, а ты ее головой об пень, — лицемерно вздохнул внутренний голос. — Нехорошо…“
„Да пошел ты! Жалельщик хренов! — рассердился Денис. — Мне что? Надо было дать себя укусить!?“