„Может она тебе поцеловать хотела!“
„Ага-ага! Раздвоенным язычком? — скривился старший помощник. — Сам целуйся!“
„Так я не могу…“ — печально вздохнул голос.
„Вот и помалкивай!“
— А ты ей зачем понадобился? — Денис посмотрел на безучастно застывшего шамана.
„Скучно ей. Поговорить не с кем. Раньше много людей в услужении было, а сейчас никого не осталось. Одна она была. А теперь, поди, никто уже не нужен. Сдохнет без короны…“
— А нехрен было тебя воровать!
„Правильно!“ — поддержал Байгол.
„Девушка пообщаться хотела, а ты ее головой об пень…“ — снова завел свою шарманку внутренний голос. Денис хотел послать, но не стал. Почувствовал некоторое не то, чтобы расстройство от содеянного, а скажем так… — определенные угрызения совести. Ну-у… может угрызения — это слишком сильно сказано, но определенную щекотку почувствовал.
— Ладно, — решил сменить тему старший помощник. — Это твое озеро целебное…
„Щучье!“
— Да хоть Сучье, неважно. К югу от Москвы?
„На полдень“.
— Два дневных перехода?
„Да“.
— Завтра вечером поедем. А теперь я спать пошел.
„А мне что делать?“
— Что тебе делать?.. — озадачился Денис. Хотел сказать: „Ничего“, но внезапно ему в голову пришла одна идея. — Будешь паджерик охранять!
„Кого?“
— Да повозку самобеглую, на которой сюда приехали. Сможешь?
„Да“.
— Ну, пошли. Ты только спрячься там. Вылезешь, если кто-то попытается отрыть двери, или капот…
„Чиво?“
Старший помощник призадумался и понял, что проще будет показать. Бурча себе под нос о средневековых бестолочах, он быстренько оделся и, прихватив вместилище, двинулся к машине. Байгол следовал рядом в виде яркой звездочки. Пока спускались по лестнице, Денису пришла в голову мысль, что надо бы проверить работу мертвого шамана в скажем так — свернутом, можно даже сказать — заархивированном виде — мало ли будет не та эффективность.
„Собакой“ мертвый шаман себя хорошо зарекомендовал, а как будет в свернутом состоянии неизвестно. Ведь, как ни крути, а в деле пугания, внешность пугающего играет далеко не последнюю роль. Но, как назло, никого из местных гопников, постоянно ошивающихся в шаговой доступности, на этот раз в поле зрения не оказалось. Это еще раз подчеркивает несправедливость жизни. Когда мирный обыватель провожает девушку в спальном районе, то с вероятностью большей единицы, к ним подвалит местная шпана на предмет закурить и „чё там по мелочи“, а вот, когда они нужны, то ноги сотрешь по самую задницу их искавши, и хрен — нет никого!
Ну, на нет и суда нет. Денис с Байголом направились к паджерику, где старший помощник положил вместилище в багажник и проинструктировал мертвого шамана о тонкостях караульной службы. В принципе, ничего сложного в обязанностях Байгола не было. Наверняка командовать тумэном было посложнее. Астроном может подрабатывать штукатуром, наоборот — вряд ли, но в данном конкретном случае именно астроном устраивался на подработку — должен был справится. И верно — никаких вопросов у экс-командующего тумэном не возникло, единственное, что пришлось уточнить в процессе инструктажа, это степень воздействия. Фигурально выражаясь, шаман хотел отрезать нарушителям спокойствия ебало, а старший помощник — только хвост. Сошлись на том, что Байгол будет пугать их до усёру — в самом, что ни на есть прямом смысле этого слова.
Можно было возвращаться домой, однако, спать старшему помощнику все еще не хотелось и он решил немного подождать у моря погоды, а если говорить конкретно — сесть в засаду — мало ли чего обломится. Как поется в одной песне: „Чтоб чего-нибудь добиться, биться нужно до конца!“, вот Денис и решил сразу не сдаваться, а поспорить с судьбой.
Ближайшим местом, где можно было устроить „засаду“, оказалась детская площадка — туда еще „дотягивался“ Байгол. По причине позднего времени — было два часа ночи, на площадке не было ни души и можно было выбирать любое место — хоть банальную скамейку, хоть что-нибудь позаковыристее: качели, ручную карусель, или горку. Песочница в кастинге не участвовала. Старший помощник выбрал скамейку, уселся поудобнее и уставился в небо. А там было на что посмотреть. Солнце мертвых во всем блеске и славе полнолуния — завораживающее зрелище, любоваться можно долго, не надоедает. Старшему помощнику в какой-то момент даже захотелось немножко повыть, но он сдержался — не поймут-с. Азия-с! Иди потом доказывай соседям, что не волк и не оборотень.
Ждать пришлось долго — полчаса, не менее, прежде чем терпение Дениса было вознаграждено. Гопники так и не появились, но их вполне заменил патрульный „бобик“, остановившийся метрах в двадцати. Оттуда вылезли два полицая, внешне напоминавшие огромных жирных жаб, которые неторопливо, с чувством собственного достоинства и скрытой угрозы, направились к детской площадке. Вооружены они были демократизаторами, пистолетами и баллончиками с каким-то газом, а у одного еще висел на шее… точнее — лежал на животе, под углом сорок пять градусов к горизонту, автомат. Подойдя к скамейке со старшим помощником они несколько секунд молча рассматривали его, покачиваясь с пятки на носки, прежде чем один, который без автомата, заговорил: