Следующее, что требовалось отыскать, был Юлькин «Бентли». От того, приехала рыжая на нем, или же на какой-нибудь чужой машине, зависело поедет Денис на рандеву на «Паджерике», или же вызовет такси. Он рассчитывал уговорить Юлю где-нибудь посидеть и там, в расслабляющей обстановке дорогого ресторана, подкатить яйца… в смысле — попросить о помощи. Так вот, если она без машины, то надо ехать на «Паджерике», чтобы оперативно доставить рыжую туда, куда она пожелает, а если она на колесах, то — «Паджерик» остается дома.
«Бентли» отыскался неподалеку от главного входа, поэтому старший помощник вызвал такси. Время до появления Юли он скоротал в кафешке неподалеку, потягивая невкусный кофе. Учитывая возможности старшего помощника по отслеживанию текущего местоположения рыжей, раньше времени он дергаться не стал и к ее машине они подошли одновременно, как высокие договаривающиеся стороны на какой-нибудь международной конференции по разоружению и миру во всем мире — Денис с одной стороны и рыжая, в сопровождении все той же свиты, с другой.
— Привет! — улыбка старшего помощника была доброжелательна, как у кандидата в мэры, посетившего в присутствии телевиденья детский садик и широка, как Волга, перед впадением в Каспийское море.
— Здорово, коли не шутишь, — ухмыльнулась Юля, безо всякой теплоты. — Какими судьбами? — холодно поинтересовалась она.
— Да вот… — Денис уменьшил ширину улыбки, оставив доброжелательность на прежнем уровне. — Помощь нужна…
— Помощь… — задумчиво протянула рыжая. Свита внимательно прислушивалась к диалогу — разве что рты не пооткрывали. — Это, как ты мне помог!?! — яростно сверкнула зелеными глазищами девушка.
— Типа — да, — очень серьезно подтвердил старший помощник.
— А я просила помогать!?! — в голос вызверилась рыжая.
— Мне кажется, нам лучше поговорить тет-а-тет, пойдем, где-нибудь… — примирительно начал Денис, он хотел сказать: «где-нибудь посидим», но Юля его перебила:
— Никуда я с тобой не пойду! Хватит! — горькая усмешка искривила ее рот. — Съездила уже!
Такая ее реакция вызвала подвижки со стороны свиты. Молодой человек, видимо первый фаворит, с породистым лошадиным лицом, сделал шаг вперед, вслед за ним придвинулись и остальные. «Конь» окинул Дениса мимолетным неприязненным взглядом и обратился к девушке:
— Юленька, проблемы? — и не дожидаясь ответа от рыжей, бросившей на него угрюмый взгляд, продолжил: — Ты только скажи!
Старший помощник и так-то не отличавшийся ангельским терпением, толерантностью и склонностью к непротивлению злу насилием, да еще вынужденный лебезить перед рыжей ведьмой, отреагировал мгновенно и адекватно — сдвинул точку сборки в положение «Смерть», резко, с пугающей скоростью развернулся в сторону свиты и рявкнул негромким, но грозным голосом с низкими инфразвуковыми обертонами:
— Пошли на хер!
Ощущения, испытанные, никак не ожидавшими подобного оборота дела молодыми людьми, оказались чрезвычайно схожими с теми, которые испытывают демонстранты на несанкционированном митинге после удара водомета. Но, были и отличия. Демонстрантам не было так страшно и они понимали, отчего оказались лежащими на асфальте и почему мокрые. Рыжая отнеслась к происшествию абсолютно индифферентно — судя по всему, на судьбу свитских ей было глубоко плевать, но свой вопрос она не забыла:
— Я просила мне помогать!? — слово «помогать» она произнесла явно в кавычках.
— Нет.
— Тогда зачем? — она зло усмехнулась: — Насколько я успела тебя узнать, альтруизмом ты не страдаешь.
— Меня бы убила Сила, если бы я не привез тебя к Клавдии, — честно ответил старший помощник.
— Ну, разумеется, — презрительно хмыкнула она. — Могла бы и сама догадаться — ты, как всегда, заботился только о своей шкуре! — крыть было нечем и Денис промолчал, лишь постаравшись сохранить лицо, причем в самом прямом смысле этого слова — сделал рожу кирпичом. — А вот, если бы не под страхом смерти, — сузила глаза рыжая, — стал бы «помогать»? — Старший помощник задумался, ибо точного ответа на этот вопрос он и сам не знал, но отвечать было надо, причем честно — Клавдия не зря предупреждала. Собравшись с мыслями, он начал:
— Если бы не узнал, что из тебя сделали фамильяра, то и вообще не подошел — не мое дело — живи, как хочешь, — начал он, попутно анализируя свои чувства. — Когда посмотрел на тебя на дне рождения, то… тоже бы не стал вмешиваться, — старший помощник зло усмехнулся: — уж больно рожа у тебя была счастливая, когда тебя доили. Знаешь выражение: в каком бы положении ни оказался человек — хорошем, или ужасном, он оказывается в нем в соответствии со своим внутренним согласием. Так что — хочешь жить уродом — живи уродом! — все-таки не выдержал Денис и высказал все, что просилось наружу. Поэтому — да. Если бы не страх смерти, я бы в твои дела не полез.