«Зря ты Светку отшил! — вылез внутренний голос. — Сейчас бы прихватил за жопу и вперед с песнями, а так придется Риту обхаживать, а она ломаться начнет, потому как красивая!»
«Тоже мне проблема, — хмыкнул Денис, который в глубине души был согласен с голосом, но показывать этого не хотел. Он исходил из принципа: обмишурился — терпи и молчи. — Будет ломаться — снимем кого попроще. Ночью все кошки серы!»
«И то правда…» — согласился голос.
Пока старший помощник кушал и общался со Славиком, свое место занял диск-жокей и народ потянулся танцевать. Денис совсем уже собрался последовать их примеру и пригласить Риту, но не успел — ее повел на танцпол какой-то юноша гражданской наружности, а к Денису и Славе подсели два молодых человека, как стало ясно из их первых слов — болельщики «сливочных», которые завели специальный разговор о футболе и стали петь Денису дифирамбы. Уйти не пообщавшись было неудобно, пришлось взять дополнительную порцию коньяка и выпить уже с ними.
«А и черт с ней, — подумал старший помощник, — баб много, а с хорошими людьми я давно не общался. Посидим!»
«И это правильно!» — солидаризировался с владельцем внутренний голос.
Но, не даром говорится: от судьбы не уйдешь. За столом разгорелся горячий спор о недостатках и преимуществах девушек различной конституции для сна — Слава настаивал, что в холодное время года спать лучше с пышечками — они теплее, а в жаркое, соответственно — с худенькими; болельщики «сливочных» отдавали свои голоса универсалкам «90-60-90»; а Денис предпочитал спать один. Старший помощник, однажды высказавшись, помалкивал, в то время как молодые люди азартно приводили многочисленные аргументы Pro Contra. Было весело. Однако, оживленная дискуссия была неожиданно прервана.
— Денис! Сколько можно жрать? — раздался веселый голос из-за спины старшего помощника. — Скоро ни в одну дверь не войдешь! Пойдем, лучше, потанцуем!
— Ребята, — виновато улыбнулся Денис, поднимаясь из-за стола, — вынужден вас покинуть.
Попытку Риты попрыгать на расстоянии старший помощник решительно пресек — он мягко, но неотвратимо, привлек девушку к себе, положил руки ей на талию и стал топтаться под музыку, даже не стараясь делать вид, что танцует.
— Я смотрю, ты знатный танцор! — улыбнулась Рита.
— Ну, тут одно из двух — или танцы, или яйца, — фыркнул Денис. — Что предпочитаешь?
— Фу-у-у… какой ты пошлый! — девушка прияла вид оскорбленной невинности, но надолго ее не хватило. — Слушай, а чего тебя колдуном называют? — с жадным интересом полюбопытствовала она.
— Дураки… — улыбнулся старший помощник.
— А если без дураков?
— Если без дураков … — протянул Денис и воровато оглянулся, как бы проверяя — не подслушивает ли кто. Убедившись в отсутствии чужих ушей, наклонился к уху Риты. — Это большой секрет. Но, если ты поклянешься, что никому не скажешь…
— Зуб даю! — мгновенно согласилась девушка с самым серьезным видом, смеялись только глаза.
— Коренной?
— Мудрости!
— Тогда слушай… — старший помощник еще раз огляделся и, убедившись в отсутствии подслушивающих, продолжил: — Я — последняя инкарнация Джузеппе Калиостро — верховного иерарха сущего!
— «Формула любви» — улыбнулась Рита.
— Маладэц Прошка! — покачал головой Денис. — Не ожидал такого знания древнего кинематографа. Продолжим. Мне ухаживать некогда. Вы… привлекательны. Я… чертовски привлекателен. Чего зря время терять?
— «Обыкновенное чудо».
— Ответ неправильный, — старший помощник спустил руки с талии девушки на ее круглую попу. В ответ на ее возмущенный взгляд пояснил: — Это конкретное предложение. Мне правда ухаживать некогда. Поехали? — Рита решительно вернула нахальные конечности Дениса обратно на талию и только после этого ответила:
— Если ты хочешь затащить меня в постель, тебе придется постараться! Сегодня мы только познакомились, у нас еще должно быть первое свидание, на котором ты должен мучиться: придет — не придет. Затем должен быть конфетно-букетный период, когда ты будешь водить меня по театрам, выставкам, ресторанам, провожать до подъезда, робко целовать, ждать и надеяться, то впадая в пучину отчаянья, то возносясь к вершинам надежды! Ну, а потом, если я решусь… — она лукаво посмотрела на ошарашенного всей этой галиматьей старшего помощника, — то может быть…