Сутки старший помощник, в поте лица своего, таскается ночами по разным заброшенным кладбищам, разрушенным церквям, болотам с дурной славой, недостроенным больницам, могилам колдунов и шаманов и прочим «местам силы», координаты которых берет не только из Брюсовой Карты но и из Интернета, а следующие сутки, как в начале знакомства с рыжей ведьмой, когда она была просто рыжей, болтается по театрам, выставкам, концертам, барам, ресторанам, гостям, автопатям и прочим вернисажам.
Короче говоря, каждые вторые сутки, ведет богемный образ жизни, а если изъясняться высоким штилем, то — тусуется. Естественно, в обществе Юльки, которая вцепилась в него, как якорь в подводный электрический кабель, если бросить его в том месте, где стоят знаки с надписью: «Якорей не бросать!». Такое решение было принято Большим Советом для окончательной поправки здоровья старшего помощника, с возможностью, как дальнейшей пролонгации, так и отмены — в зависимости от того, как карта ляжет. Единственное, что смог выторговать старший помощник на «выходной», были утренние тренировки, но тут он стоял насмерть, как наши в Сталинграде. Сегодня был, как раз рабочий день с выходом в «поле», но завтра-то был входной, поэтому недоумение старшего помощника было вполне себе понятно.
— А завтра-то почему?
— Завтра вечером я еду на… — рыжая замялась, подбирая дефиницию.
— …шабаш, — осклабился Денис.
— Дурак! — надулась и сделал вид, что обиделась Юлька, но зная, что на старшего помощника, где сядешь, там и слезешь — никаких извинений и дивидендов не дождешься, быстро от этой стратегии отказалась и продолжила, правда несколько смущенно: — Ну-у… там будет что-то вроде сборища сатанистов… или язычников… а может — толкиенистов. Я точно не знаю.
— На хрена? — пожал плечами Денис. И вот тут рыжая сумела его удивить:
— Настоящий журналист должен стремиться туда, где происходит что-то необычное, собирать впечатления, как пчела нектар с цветов, перерабатывать их силами своей души и таланта и дарить зрителям и читателям информационный мед! — без запинки отчеканила она, причем, по мнению старшего помощника, явно пела с чужого голоса.
— Браво… браво… — беззвучно поаплодировал Денис. — Слушай, если тебя сфотографировать в этом халатике, — он цинично ухмыльнулся, — а снизу приляпать текст байды, что ты сказала, то ты станешь лицом первой древнейшей профессии! — Дальше старший помощник хотел сказать: «Или второй — я точно не помню», но не успел — в голову ему, со страшной скоростью, полетела тарелка.
Причем, что характерно, рыжая метнула ее не рукой. Она, как сидела в соблазнительной позе в своем замечательном халатике, который не скрывал, а подчеркивал, так и продолжала сидеть. Увернуться, или сблокировать, старший помощник не успевал — уж очень быстро тарелка летела и с очень близкого расстояния была запущена. Да что там сблокировать, или увернуться — он даже испугаться не успел. Но, кое-что Денис все-таки успел. Он успел страстно захотеть, чтобы эта долбанная тарелка с остатками красного кетчупа не врезалась ему в лицо. И о чудо! — опознанный летающий объект завис в миллиметре, или даже ангстреме — точно сказать было трудно, от цели. Если целью, конечно же, была голова старшего помощника, а не что-либо иное.
— Это не я! — мгновенно заявила Юлька, глядя на Дениса огромными испуганными глазами, и тут же, не отходя от кассы, сделала следующее заявление, полностью дезавуирующее предыдущее: — Я не хотела! — Ну, что тут можно сказать… Извивы женской логики глубоки и многозначны и в рамки банальной двоичной не укладываются.
— Не пизди, — с облегчением выдохнул старший помощник — опасность получения тарелкой в нос, на данный момент, была ликвидирована и это радовало. Конечно же, перспективы сохранения целостности своего лица после открытия у рыжей ведьмы соответствующих талантов, были туманны, но Денис мудро полагал, что проблемы следует решать по мере их поступления, а не заморачиваться заранее. — Это ты! И ты именно, что хотела! — твердо сказал он и добавил: — До чего же ты везучая, зараза!
— Почему? — захлопала ресницами Юля, радуясь, что разговор уходит в сторону от вторых по значимости, после: Кто виноват? и Что делать? вопросов, волнующих российскую интеллигенцию, а именно: Кто хотел? и Кто это сделал!?!