Лучшим выходом из такого душевного состояния является физический труд. И по возможности — тяжелый. Однако, тяжесть — тяжестью, а без минимального набора инструментов тоже не обойтись. На счастье старшего помощника, в багажнике паджерика имелись рабочие перчатки и шанцевый инструмент — знать бы о нем заранее, не пришлось бы беспокоить уважаемого человека насчет топора, правда, с другой стороны, светить серебряный, в случае какой-нибудь бытовой надобности, было не комильфо, так что, пожалуй, все, что ни делается — все к лучшему. И теперь старший помощник был счастливым обладателем двух топоров — один, чтобы дрова рубить, другой — головы всяким тварям.
Управившись с приведением могил в божеский вид, Денис направился в местную управу, чтобы договориться насчет установки памятников. Заплатив аванс — карточки здесь принимали с не меньшим удовольствием, чем кэш, да и не хватило бы у него налички в любом случае — все было очень дорого, старший помощник вернулся к родным могилам. Сначала постоял у маминой, попробовал завязать с ней мысленный разговор, рассказать о своей жизни и… ничего не получилось. Мама не откликнулась.
Попрощавшись с ней, Денис пошел на могилу отца и вот с ним-то состоялся полноценный диалог. Папа очень обрадовался его приходу, внимательно слушал рассказ — откуда-то Денис это знал и что особенно интересно — сам задавал вопросы. Общение длилось не мене получаса, а потом Денис почувствовал, что отец уходит. Уходит с радостью — видимо очень нужно ему было последний раз пообщаться с сыном, не мог без этого завершить свой земной путь. Да и для Дениса был очень важен этот «разговор». Почему? — а кто ж его знает, но только чувствовал старший помощник, что теперь всё правильно — не осталось у него долгов перед самыми родными людьми. Они спокойны и он спокоен.
На всякий случай, хотя и чувствовал, что это бесполезно, Денис вернулся на могилу мамы и снова попробовал «выйти с ней на связь» и снова у него ничего не получилось. С чем это было связано он не знал. Предполагал правда, что мама так с ним безногим настрадалась, что сожгла всю негативную карму и ее больше ничего не удерживало на нашем плане бытия — вот быстро и ушла. Так ли это, или нет, на самом деле, старший помощник, разумеется, не знал. Но, зато теперь он подсознательно чувствовал… хотя нет — не так — он твердо знал, что попрощался с родителями, что у них все хорошо, что они его любят, и от этого знания на душе у него было тепло, спокойно и хорошо.
Первоначально Денис планировал, что после кладбища сразу же поедет в «Черепаху», там пообедает и будет дожидаться девушек сидя в ресторане, потягивая сок, или кофе, а может осядет в каком-нибудь баре — благо их в клубе хватало. Но, как обычно — человек предполагает, а располагает вовсе даже и не он. Как только старший помощник устроился за рулем паджерика, тут же выяснилось, что есть хочется не по-детски и старший помощник понял, что до «Черепахи» не дотянет. Нужна дозаправка в воздухе.
«Похоже, наники чего-то новое мутят, — подумал Денис. — Иначе, с какого фига такой аппетит?»
«Это они майдан устроили, — ухмыльнулся внутренний голос, — с требованием довести качество и количество пищи, потребляемой носителем, до европейских стандартов!»
«Хорошо, хоть не до американских, — буркнул Денис, — а то разжиреть с их рационом — раз плюнуть!»
Пришлось тормознуть у ближайшей забегаловки, что поприличней, а там уже вечерний час пик, пробки и прочие прелести мегаполиса, так что до «Черепахи» старший помощник добрался только к назначенному времени — пораньше не получилось. Денис даже немного заволновался, потому что заставлять девушек ждать — последнее дело, особенно, когда они от тебя зависят. Правда, хоть он и не опоздал, но когда паджерик поравнялся с крыльцом, все трое уже были там — видно поверили, что дожидаться их не будут, и озирались достаточно тревожно, даже блондинка — вся спесь с нее куда-то слетела.
Положение несколько осложнялось тем обстоятельством, что въезд на парковку осуществлялся через единственный автоматический шлагбаум и к нему сейчас выстроилась очередь, не то, чтобы очень большая, но и мгновенно пройти ее не получалось — требовалось определенное время. А его-то, чтобы не опоздать, как раз и не было. Чтобы не заставлять барышень нервничать зря, старший помощник, который был по сути гринписовцем — любил живую природу, а особенно ее юную поросль: щенят, котят, девушек и прочую млекопитающую живность, позвонил, что он уже здесь и осталось только машину загнать на парковку.