Видимо отголоски размышлений о мясе отразилось на лице Дениса, потому что, когда он приблизился к семейству, они, вначале бросившиеся к нему навстречу, в последний момент испуганно отшатнулись. Денис связал такое поведение Семилапых с выражением своего лица и постарался придать ему, как можно более дружелюбное выражение — хозяева были ни в чем не виноваты, но помогло это слабо. Хозяева смотрели на него со страхом.
"Ладно — их проблемы, — подумал старший помощник. — Мне еще только напуганных селян успокаивать. Перебьются, как-нибудь…"
Не дожидаясь вопросов со стороны впавшего в оцепенение семейства, продолжившего, после небольшого перерыва, лязгать зубами и трястись, старший помощник подвел итоги сделанной работы:
— Надеюсь, что больше тварь не вылезет… — Он немного помолчал и добавил: — Но, если снова появится, ищите кого-нибудь другого — я сделал, все что мог. — После этого Денис перешел к, по настоящему волновавшему его, вопросу: — Мясом накормите?
Старший помощник ожидал, что благодарное семейство тут же подхватит его под белы рученьки и торжественно — с литаврами, хоругвями и приветственными кликами, препроводит в обеденный зал, или — на худой конец, в столовую. Поэтому, когда Семилапые с тоской во взглядах переглянулись, а потом, как по команде, синхронно покачали головами, он сначала не понял что произошло и только потом, нахмурившись, вопросил не самым дружелюбным голосом:
— Почему!?
— В-веганы мы, — клацая зубами пояснил Степан Андреевич. — Н-нет м-мяса.
Черт! — выругался Денис, развернулся и бегом направился к паджерику.
Когда машина мчалась по пустынному, в этот час, шоссе, старшему помощнику пришла в голову неожиданная мысль:
"Я их, пожалуй, понимаю…"
"Вампиров?" — безошибочно угадал внутренний голос.
"Да…"
Муки голода стали совершенно невыносимы, но в отличие от аналогичных ситуаций, связанных с вышеупомянутыми кровососами, которых, якобы, в этот момент захлестывает багровая волна безумия, Денис стал соображать еще лучше… ну, по крайне мере — не хуже, чем обычно. Его мозг лихорадочно искал пути минимизации времени ожидания пищи. И тут, как назло, его полет сквозь ночь был прерван — так часто бывает, когда сильно торопишься. Продавец полосатых палочек, скучавший возле своей машины, в то время, как его напарник мирно похрапывал в кабине, и тем самым приносил пользу, потому что не приносил вреда, замахал своим орудием производства так интенсивно, что непременно взлетел, если бы не был таким толстым, а его волшебная палочка имел профиль воздушного винта.
Выматерившись Денис затормозил, резко сдал назад, чтобы тучному дорожному инспектору не пришлось далеко идти, приготовил деньги и стал ждать неторопливо — утиной походкой, приближающегося офицера. Подойдя, тот по всегдашнему ментовскому обыкновению наклонился к открытому окну, чтобы понюхать и вообще — оценить обстановку, типа — сколько вешать в граммах? Одного водителя можно развести на штуку, другого на — пять, третьего — только на пятьсот рублей, а с четвертым лучше вообще не связываться — себе дороже — у него и двухсторонний регистратор, и рожа человека, знающего с какого конца надо браться за меч… тьфу ты — за адвоката.
Гайцы, как люди в массе своей достойные, можно сказать — благородные, обладающие такими замечательными качествами, как любовь к ближнему и нестяжательство — без этого на работу в ГИБДД, в частности, и в правоохранительные органы, в целом, не берут, еще и прекрасные психологи и знают, кого можно брать за пищик, а кого нет. Зачастую клиенту даже не надо демонстрировать сакраментальную красную книжицу, или еще какую бумагу, дарующую заветный иммунитет. Опытный дорожный инспектор и так моментально прочухает, что: "Что, мол, свои, мол, хау ду ю ду!"
— Старший лейтенант… — начал свою песню властелин обочин, но вглядевшись в старшего помощника повнимательнее, повел себя странно, а именно — отпрянул назад, как будто увидел привидение, типа отца Гамлета, или же что-то не менее страшное, вроде известного депутата, или своего непосредственного начальника. — Проезжайте! Проезжайте! — закричал он визгливым фальцетом и замахал своей палочкой так, что на старшего помощника пошла волна воздуха, как от вентилятора.