Спорить и пререкаться никто не стал — в организованном порядке все покинули помещение и старший помощник почувствовал облегчение. Денис сделал маленький глоток коньяка — большой был нельзя, потому что скоро за руль, и стал думать думу. Размышления были невеселые. Человек — животное общественное, ему нужно общение, а с этим намечались проблемы. Денису было совершенно неинтересно то, что занимает других людей, да и своими проблемами ему поделиться было не с кем, так что получалось типичное одиночество в толпе.
Старший помощник и все остальные существовали в параллельных, непересекающихся мирах, что было не айс. Конечно, можно было найти утешение в бабах, но и с этим, как показал домашний анализ, не все было гладко. Денис с ностальгией вспомнил Шэфа — как выяснялось, его психологическая зависимость от любимого руководителя была гораздо глубже, чем представлялось на первый взгляд. Но, одиночество — черт-то с ним, в мире сотни миллионов одиноких людей и ничего — живут, как-то, не умирают. Главная проблема была в другом — пока получалось, что восстановление поврежденных оболочек было связано со смертельным риском, что было несколько хуже, чем проблема одиночества. Одиночество смертью не грозило.
За всеми этими думами время летело незаметно, и возвращение разгоряченной, развеселившейся компании молодых людей и девушек стало для старшего помощника сюрпризом, ему показалось, что они вернулись едва ушли, однако это было не так — судя по жару, исходившему от их молодых тел, наплясались они вдоволь. Чуть позже, практически одновременно с ними появилась и Нина с тремя пакетами.
— Мясо, — сказала она, протягивая Денису первый пакет, — пирожки, — пояснила она, вручая второй, а то, что в третьем хлеб в пояснениях уже не нуждалось.
— За меня и девушек, — старший помощник протянул официантке свою карту.
— А мне тоже пирожков с собой, — распорядился Миша, уловивший дивный аромат, исходящий от бумажного пакета с шедеврами местных кулинаров.
— Я узнаю, но по-моему, больше нет.
— Так пусть напекут! — депутатский сынок был непреклонен.
— Я передам шеф-повару, — дежурно улыбнулась официантка.
Вернулась Нина через несколько минут, во время которых за столом стоял веселый галдеж, что чрезвычайно обрадовало Дениса — похоже было на то, что его выходка была благополучно забыта. Единственное, что шло вразрез с этим предположением, были косые взгляды, регулярно бросаемые на него Мариной, но старший помощник решил внимания на них не обращать, а она, к счастью, с разговорами не лезла. Вернув Денису его карту, официантка повернулась к Мише:
— К сожалению, — виновато улыбнулась Нина, — пирожков больше нет.
— А напечь? — грозно нахмурил брови сын депутата.
— Леван Ираклиевич сказал, что если у вас платиновая карта, то напекут, а если нет… — девушка сокрушенно развела руками, показывая высокую, можно даже сказать — высочайшую степень своего огорчения.
— Платиновую? — поразился младший Семилапый. — Таких же нет!
— У Дениса платиновая, — пожала плечами официантка.
— Правда!? — повернулся депутатский сын к старшему помощнику. Опровергать его сомнения и удовлетворять любопытство Денису было не с руки и он вопрос проигнорировал. Это конечно же было невежливо, но старшему помощнику так осточертел весь этот "пикник", что терять время на ненужные ему разговоры он не собирался.
— Я уезжаю. Кого-нибудь подвезти? — задал он вопрос и быстренько, чтобы, не дай Бог, кто-нибудь не успел ответить, продолжил: — Ну, на нэт и суда нэт. Мальчики, девочки, не обижайте друг друга, живите дружно! — и с этими словами, широко улыбнувшись, словно кандидат на предвыборном собрании, поднялся из-за стола.
"Дадим миру шанс!" — подумал Денис усаживаясь в паджерик.
"В смысле?" — не понял голос.
"Захомутать депутатского сынка".
"Это вряд ли… — засомневался голос. — В МГИМО красивых баб хватает, да и вообще, не дадут предки выбирать не из "высшего" — внутренний голос презрительно ухмыльнулся, — общества".
Старший помощник мысленно пожал плечами:
"Мое дело — предоставить шанс, а там, хоть трава не расти!"
Добравшись до дома, и уже укладываясь в постель, осознал старший помощник, что остался без оружия. Как показала практика, "Черные когти" против земной нечисти не были особо действенны, а истинного серебра, да и "тельника", чтобы сделать себе что-то навроде "волшебного топора" у Дениса не было. Электрошокеры, конечно, были достаточно эффективны — никто не спорит, но они были чем-то вроде авиации — вбомбить противника в каменный век можно, а победить — нет. Для окончательной победы нужна матушка пехота, которая придет и оформит акт о безоговорочной капитуляции. А вот пехоты как раз таки и не было, да и авиации тоже — все "Тазеры" были уничтожены в подвале депутатского особняка. Так что остался старший помощник голый и босый. С плохим настроением лег он в постель — и оружия нет, и вечер проведенный в "Черепахе" хорошего настроения не добавил, с тем и заснул.