Полина застыла и начала стремительно бледнеть, а на старшего помощника все происходящее произвело гораздо меньшее впечатление, чем на девушку — чай в шкире, как-никак, да и попривык ко всякому, пока с любимым руководителем шарился по разным местам. Так что не испугался Денис, а разозлился. Вышел в кадат, взглянул на происходящее "вооруженным взглядом", и увидел, что все пространство внутри дома как бы заткано слабо светящейся паутиной, а в ее центре, аккурат на полатях между печкой и стеной дома, расположился и сам "паучок", выглядящий, как мохнатый шар размером чуть побольше, чем мяч для большого тенниса.
Особо церемониться старший помощник не стал — шар первый начал. Метнулся к нему Денис и шарахнул разрядом из двух пальцев, благо шкира позволяла. "Паучок", скорее всего, к такому обращению не привык, потому что вскрикнул очень жалобно, словно подстреленный заяц, втянул в себя паутину и исчез, будто его и не было, безобразия сразу прекратились и старший помощник уже беспрепятственно обошел весь дом — в нем было еще две комнаты, ничего и никого заслуживающего внимания не нашел и вернулся к Полине, продолжавшей изображать из себя жену Лота, превратившуюся в соляной столп.
— Отомри! — скомандовал Денис и слегка встряхнул девушку за плечи. Подействовало. Отмерла. Однако попыталась сразу же грохнуться в обморок, но старший помощник этот процесс остановил, решив лечить подобное подобным: — Потеряешь сознание — здесь оставлю! — пригрозил он. — Одну! — уточнил Денис и угроза подействовала ничуть не хуже нашатыря, или какого иного средства, вроде скипидара — Полина, хотя и напуганная, хотя и бледная, хотя и с дрожащими губами, осталась в сознании и смогла передвигаться без посторонней помощи, чего старший помощник, собственно, и добивался.
Вернувшись к входной двери, Денис почувствовал, что их ждут. В очередной раз, предчувствия его не обманули — были тени в небе, были… И Ворон не зря вспомнился.
"Поиграть со мной решили, сук-ки! — окончательно разозлился старший помощник. — Лады! Поиграем! Как скажете!"
"Ты это… — давай без излишнего героизма!" — озаботился внутренний голос.
"А как же! Я же не благородный рыцарь Айвенго на рыцарском турнире! — сузив глаза, ухмыльнулся Денис. — Щас забрало и закрою!" — он снял с шеи и сунул в карман свой мини-моргенштерн с Небесным Волком, чтобы быстрее воспользоваться в случае чего, натянул капюшон и активировал шкиру. Чтобы еще больше не напугать Полину, изображение головы он сохранил, так что она ничего и не заметила.
— Стой за спиной и ничего не бойся! — приказал девушке старший помощник. — Я по таким делам специалист! — подмигнул он испуганно глядящей на него Полине и распахнул дверь. Посредине двора, между крыльцом и калиткой, неподвижно стояли три черные тени. Девушка за спиной Дениса испуганно охнула, а старшего помощника охватил боевой азарт.
"Уговаривать внучку принять силу — это одно, а вот душить — совсем другое!" — зло подумал старший помощник
"За такие вещи морду надо бить!" — озвучил свою позицию по данному вопросу внутренний голос.
"А это, надо полагать, пособнички!" — заиграл желваками Денис. — Ну что ж… — с них и начнем!"
Старший помощник решительно шагнул вперед. Он и так прекрасно видел, кто преграждает им путь, но в этот момент, как по заказу, из-за туч выглянула полная луна — солнце мертвых, и осветила своим неверным светом всю мизансцену, так что и Полина увидела все достаточно отчетливо. Три фигуры, одетые то ли в длинные плащи с капюшонами, то ли в монашеские рясы, неподвижно, будто статуи, застыли перед молодыми людьми. Их одежда полностью скрадывала фигуры и закрывала лица, давая пищу для самой безудержной фантазии.
— Эй, Гюльчатаи, — насмешливо бросил Денис, останавливаясь в шаге от "статуй", — сами личики откроете, или содрать с вас маскхалаты?
— Ничего с нас сдирать не надо! — не менее насмешливо отозвалась средняя фигура, после чего все три, синхронно, откинули капюшоны и перед изумленным старшим помощником предстали три молодые, красивые, рыжие и зеленоглазые девушки. Они были разными, но было и что-то общее в их лицах, как часто бывает с сестрами. Но больше всего старшего помощника поразило другое — несомненное сходство с Юлей.