На прощание молодые люди ничего друг другу не сказали — расстались молча, да оно и к лучшему — чего здесь говорить? С Полиной, которая довезла Дениса до привычного места — в двух кварталах от его дома, они так же распростились не говоря ни слова.
От всей этой истории в душе старшего помощника воцарилось какое-то мерзкое послевкусие. Как будто шел себе, никого не трогал, примус починял и вдруг р-раз! — в собачье дерьмо вляпался. Теперь долго ботинок придется отчищать и об поребрик, и об асфальт, и об черта лысого, да вот ботинок прежним уже ни за что не станет — будет пованивать, разве что это кроссовок и его можно будет в стиралке простирнуть. Видеть людей (даже красивых девушек!), связанных с этим делом, Денису было неприятно, а сам себе он и вовсе был противен.
Вот с таким настроением старший помощник и собирался приступить к ежедневной утренней тренировке, но прежде извлек из пенала чистый аураметр, чтобы посмотреть, как его "подлечили". Честно говоря, он особо ни на что не рассчитывал, полагал, что развод. Каково же было его удивление, когда он увидел, что "больные" надтелесные оболочки сменили свой прежний, прозрачный красный цвет на темно-зеленый!
Это был реальный прорыв! Правда до интенсивного фиолетового было далеко, но уже кое-что. В связи с вновь открывшимися обстоятельствами, настроение Дениса несколько улучшилось. Чувство, что его изнасиловали не исчезло, но теперь в нем появились новые оттенки — наверное, так себя чувствуют изнасилованные девушки, которым прилично заплатили, чтобы они не подавал заявление в полицию. Правда, они и так не собирались этого делать — боялись огласки, но насильники-то этого не знали. Вот и Денис изначально ни на что не рассчитывал, а оно вон как обернулось… Не знаешь, где найдешь, где потеряешь.
Глава 11
После завершения "ведьминской" эпопеи, жизнь старшего помощника вернулась в привычное русло и потекла по устоявшейся схеме: изматывающая утренняя тренировка; работа с Брюсовой картой и альтернативными источниками информации по поиску потенциальных "мест силы"; ночная отработка выбранного варианта; — проверка результатов работы на аураметре.
Стало уже общим местом, что никаких изменений в состоянии поврежденных надтелесных оболочек не наблюдалось. Но, это-то ладно — хуже не становилось и хорошо, да и не надо забывать, что все-таки два раза удалось улучшить их состояние — после "чертова колеса" и общения с Клавдией, что уже было замечательно — прибыл-то на Землю Денис с пустыми оболочками, а сейчас, как ни крути — темно зеленые — пустячок-с, а приятно!
Плохо было другое — старший помощник не видел никакой связи между этими двумя случаями, все походило на случайные выигрыши в лотерею, никакой закономерности не наблюдалось, а Денису, для полноценного исцеления требовалась система. А вот ее-то и не было. И от этого ему становилось грустно. Правда, в уныние он не впадал — как ни крути, это смертный грех, но и поводов для веселья не видел. Стиснув зубы исполнял намеченную программу: тренировка — карта — отработка — проверка, выбросив из головы ослабляющие решимость мысли о ее тщетности, действовал по принципу: делай, что должно и будь, что будет.
Завтракал и обедал Денис дома, а ужинал в "Черепахе". Пару-тройку раз устраивал себе выходные — не уезжал вечером на очередное бесполезное "дело", а снимал семибалльную девочку — такую, чтобы и глазу приятно было и, чтобы особо не выпендривалась, как ее более высокобалльные сестры, и там же, на месте — в своем апартаменте, естествовал, после чего развлекал: заказывал девушке в баре, или ресторане, чего девичья душа требовала, танцевал с ней, веселил всяческими байками, снова естествовал, а бывало, что и не один раз! после чего, после закрытия "Черепахи" отвозил домой и откланивался. Если настойчиво всучивали телефон — записывал. Чтобы не обижать человека.
Дважды ни с кем не встречался. Зачем, когда приятных девушек пруд пруди? Новенькая всегда лучше, ну, или по крайней мере — интересней, если речь, конечно же не идет о штучных экземплярах, типа Айшат и иже с ней. При случайной встрече со старыми знакомыми кивал, улыбался, но на контакт не шел. Опыт общения с Мариной, Юлей, Светой, а уж в особенности — с Полиной, наглядно показал, что как только отношения не то что становятся постоянными, а только появляется тень таких отношений, так непременно, рано, или поздно, проявится какой-либо геморрой, так что — нафиг!
Прошлую "половую жизнь" старший помощник решительно вычеркнул из памяти, в смысле — старался не вспоминать, но, не все зависело от него, иногда она сама о себе напоминала — все-таки нельзя жить в обществе и быть свободным от него. Денис не помнил, когда и при каких обстоятельствах познакомился с этой мыслью, но был согласен с автором целиком и полностью.