— Я просила мне помогать!? — слово "помогать" она произнесла явно в кавычках.
— Нет.
— Тогда зачем? — она зло усмехнулась: — Насколько я успела тебя узнать, альтруизмом ты не страдаешь.
— Меня бы убила Сила, если бы я не привез тебя к Клавдии, — честно ответил старший помощник.
— Ну, разумеется, — презрительно хмыкнула она. — Могла бы и сама догадаться — ты, как всегда, заботился только о своей шкуре! — крыть было нечем и Денис промолчал, лишь постаравшись сохранить лицо, причем в самом прямом смысле этого слова — сделал рожу кирпичом. — А вот, если бы не под страхом смерти, — сузила глаза рыжая, — стал бы "помогать"? — Старший помощник задумался, ибо точного ответа на этот вопрос он и сам не знал, но отвечать было надо, причем честно — Клавдия не зря предупреждала. Собравшись с мыслями, он начал:
— Если бы не узнал, что из тебя сделали фамильяра, то и вообще не подошел — не мое дело — живи, как хочешь, — начал он, попутно анализируя свои чувства. — Когда посмотрел на тебя на дне рождения, то… тоже бы не стал вмешиваться, — старший помощник зло усмехнулся: — уж больно рожа у тебя была счастливая, когда тебя доили. Знаешь выражение: в каком бы положении ни оказался человек — хорошем, или ужасном, он оказывается в нем в соответствии со своим внутренним согласием. Так что — хочешь жить уродом — живи уродом! — все-таки не выдержал Денис и высказал все, что просилось наружу. Поэтому — да. Если бы не страх смерти, я бы в твои дела не полез.
— Ну вот и отлично, — улыбнулась Юля змеиной улыбкой. — У меня страха смерти нет, поэтому и помогать тебе я не буду. — Она насмешливо смотрела на старшего помощника, ожидая его реакции: — Или ты меня убьешь, если не помогу? — в притворном ужасе она закатила глаза.
— Убил бы, если бы помогло, — холодно взглянул на нее старший помощник, — но, мне от твоей смерти проку нет. Но, ты мне и так поможешь, — ухмыльнулся он. — Добровольно и с песнями.
— Это с какого такого перепугу?! — подбоченилась рыжая.
— А вот с какого. Ты собираешься замутить что-то опасное…
— А ты откуда знаешь!? — нахмурилась рыжая. Отвечать на этот вопрос Денис не стал и продолжил:
— Тебе, чтобы из тебя опять не сделали дойную корову, да и просто, чтобы выжить, понадобится темная сторона твоей Силы, а активировать ее ты сможешь, только если сделаешь сначала доброе дело. Сложное доброе дело! — ухмыльнулся старший помощник, глядя на растерявшуюся ведьму. — И чем труднее будет доброе дело, тем больше темной силы ты сможешь использовать для защиты!
— Откуда ты знаешь!? — с нажимом повторила вопрос Юля.
— Угадай с трех раз. Ты же умная, — ехидно прищурился Денис. Надоело ему лебезить перед рыжей оторвой. Решил — будь, что будет. Поможет — хорошо, не поможет — есть план "Б" — рванет на Тетрарх — там, по любому, в госпитале "Морского Змея" помогут, ну а потом — обратно, оболочки лечить. Дорогу он знал, так что — прорвемся! Путь, конечно будет тот еще — как в Китай через жопу пешком, но тут уж ничего не поделаешь — никто не обещал, что будет легко.
— Клавдия, — без вопросительной интонации произнесла Юля.
— Бинго! — беззвучно похлопал в ладоши старший помощник. — Вы выиграли главный приз! Один миллиард долларов!
— Что тебе конкретно надо? — перешла на деловой тон рыжая.
— Посмотри сюда, — Денис ткнул пальцем в плечо. — Что видишь?
Юля правильно поняла, что от нее требуется — как бы ни прикалывался старший помощник, она действительно была умной девочкой. Взгляд рыжей на мгновение стал пугающе глубоким и каким-то расфокусированным:
— Какая-то белесая гадость, как нарыв! — она брезгливо поджала губы.
— Все правильно, — кивнул Денис. — Ее надо убрать.
— Я не умею!
— Поедем к Клавдии — она научит!
— Вот еще! — вскинулась рыжая. — Не поеду я грязь месить, еще не хватало! Сюда ее привози, — ухмыльнулась Юля, — пусть здесь учит!
— Поедешь! — сузил глаза старший помощник. — Как миленькая, поедешь! Под страхом смерти поедешь!
— Убьешь, если не поеду?! — презрительно скривилась рыжая.
— Нет, дорогая, — так же презрительно ухмыльнулся Денис. — Ты своим Даром управлять не умеешь и он тебя сожжет, если Клавдия не обучит! Так что, милая, поедешь под страхом смерти. Побудь-ка в моей шкуре и посмотри, насколько это приятно! — зло закончил старший помощник. Он злился на весь мир. На Полину, которая втянула его в эту историю, на Клавдию, которая заставила его принять в ней участие, на Юльку, которая выкаблучивалась сейчас, как муха на стекле, но в первую голову на себя, ибо хорошо помнил, что сказал рыжей: в каком бы положении ни оказался человек — хорошем, или ужасном, он оказывается в нем в соответствии со своим внутренним согласием. Это было правдой, а правда всегда горькая.