— Нджродр! — схватила его за рукав грудастенькая семерочка, заварившая вчера всю эту катавасию, завершившуюся швырянием костей. — Прошу! Не надо!
«До рекорда два пункта не дотянул!» — прокомментировал ситуацию внутренний голос.
«Какого рекорда?» — не понял Денис.
«Слово с шестью согласными подряд — „взбзднулось“, а в имени арийца только четыре!»
«А-а-а!» — уважительно отреагировал старший помощник, в очередной раз пораженный глубиной и широтой эрудиции своего внутреннего голоса.
— И в чем же цель? — не переставая улыбаться, полюбопытствовал Денис.
— А вот хочу вызвать тебя на смертный бой! — улыбнулся ариец, не обращая ни малейшего внимания на попытки своей подруги предотвратить поединок.
— Если не секрет, в чем причина вызова? — хмуро поинтересовался старший помощник, перестав улыбаться и понемножку сдвигая точку сборки — драться после обильного завтрака ему совершенно не хотелось и он надеялся припугнуть «Дольфа» и заставить отказаться от этой идеи.
— А в том, — ариец тоже сделался серьезным, — что из-за тебя мне пришлось вчера извиняться перед Искусником!
— Из-за меня? — удивленно поднял бровь Денис.
— А из-за кого же? — встречно удивился «фашист». — Кинул костью в тебя, а попал в уважаемого человека! Ты виноват!
«Бли-и-и-и-н… не только наша земля дураками обильна!» — расстроился старший помощник.
«Похоже и на Батране их хватает!» — согласился внутренний голос.
«Нет, ну ты подумай! — не успокаивался Денис. — Он промахнулся, а я виноват! Ну, что тут скажешь!?!»
«Придурок!» — подвел итог короткой дискуссии внутренний голос.
«Точно!»
Тут снова в разговор влезла грудастенькая:
— Нджродр! Этот благородный потерявший, — она кинула взгляд на старшего помощника, — ни в чем не виноват! Не смей его убивать!
«Так это она за меня переживает, оказывается! — Денис был, мягко говоря, обескуражен, а грубо говоря — изумлен. — А я думал…»
«Незнание опасности рождает героев… — меланхолично отметил внутренний голос, в очередной раз поражаясь людской безбашенности. — Устраивать смертельный поединок и из-за чего?!?! Но, ничего не поделаешь — если масла в голове нет, его не укупишь!»
«Истину глаголешь, сын мой!» — усмехнулся старший помощник. Его, если честно, вся эта ситуация забавляла. Примерно так к агрессии, проявляемой мелкой шавкой, относится крупная, серьезная собака.
— Келда! — Белокурая бестия бросила на девушку горящий взгляд. — Ты знаешь, как я к тебе отношусь. Но! Вопросы чести я буду решать сам! — твердо заявил эсэсовец.
— Тогда больше ко мне не подходи! — с этими словами прелестница схватила под руку еще одного молодого балбеса, околачивавшегося рядом и немного отбившегося от остальной стайки мажоров, успевших окружить Дениса и Нджродра — тоже высокого, но, не поджарого и стройного, как «Лундгрен», а какого-то не то, чтобы толстого, а скорее — рыхлого, с круглым, немного одутловатым лицом.
— Пойдем отсюда, Бирин! — топнула ножкой грудастенькая, отчего ее грудь призывно колыхнулась, натянув тонкую ткань коротенькой рубашки. От этого зрелища глаза одутловатого масляно заблестели. — Не хочу на это смотреть! — продолжила девушка, после чего демонстративно, с гордо поднятой головой, сопровождаемая новым фаворитом, покинула фойе гостиницы.
— Смотри, уведут девушку, пока ты дурью маешься, — старший помощник сделал последнюю попытку воззвать к голосу разума белокурой бестии, но, увы — успеха на этом поприще не достиг.
— Бьемся здесь и сейчас, — насупясь объявил «Дольф».
— А чего это ты раскомандовался? — решил немного потроллить «фашиста» Денис. — Я вызванная сторона — я и решаю где и когда!
— Тогда я выбираю оружие! — немедленно отреагировал юноша с четырьмя гласными подряд в имени.
— Хрен с тобой, — равнодушно махнул рукой старший помощник. — Здесь — так здесь. Сейчас — так сейчас. На шпагах и кинжалах.
— Согласен! — мгновенно отреагировал Нджродр.
Мажоры, проявив неплохую физподготовку и сноровку, быстренько сдвинули по краям всю мебель из центра холла, освободив площадку, диаметром метров восемь-девять — во всяком случае, на глаз, она была побольше боксерского ринга и походила размером, скорее, на октагон. Мажоров можно было понять — каждому интересно вблизи посмотреть на кровавую драку, а особенно со смертельным исходом, когда лично тебе ничего не угрожает. Формула «Хлеба и зрелищ» неизменна во времени и пространстве. Сотым долям процента населения всех обитаемых миров нужно что-либо еще в жизни, кроме этих двух компонентов. Вот мажоры и старались.