Все эти оговорки необходимы из-за того, что урюпинский олигарх это не совсем тот субъект, какового обычно понимают под термином "олигарх" — это раз. А два — то, что не исключался вариант, что под видом олигарха выступал обыкновенный местный босяк, раздобывший по случаю костюм тройку, принявший душ — это важно, надушившийся и почистивший зубы, что могло ввести в заблуждение юную и неопытную девушку. Однако, возвращаемся на палубу "Беллы".
— Положите оружие и сеть на палубу, — бесцветным голосом распорядился старший помощник, — тогда никто не пострадает. Мне просто нужно поговорить с капитаном.
В ответ "Киркоров" молча пошевелил пальцами правой руки, что, судя по всему, являлось сигналом к началу боевых действий. Что-то типа: "Вдруг слабым манием руки на русских двинул он полки". И понеслось! Арбалетчики выстрелили, целясь по ногам Дениса, чтобы обездвижить безбилетника, "рыбаки" ринулись вперед с развернутой сетью, а толпа, стоящая за спиной капитана, обтекла его и двинулась вперед хоть и не очень быстро, но с неотвратимостью македонской фаланги. Сам же капитан скрестил руки на груди и остался на месте, чем напомнил старшему помощнику кого-то из великих полководцев, то ли Кутузова, то ли Бонапарта.
В кадат Денис вошел заранее. Как бы ему ни хотелось обратного, но неплохое знание человеческой природы, не оставляло надежд на мирный исход первого раунда переговоров. Сначала, непременно, будет применена сила, а вот уже затем, во время второго и последующих раундов можно будет о чем-нибудь договорится, когда каждая сторона будет иметь реальное представление о боевых возможностях партнеров по переговорам.
Время привычно замедлило свой бег и из быстротекущего потока превратилось в кисель, в котором застыли "рыбаки" и "македонская фаланга" и лишь арбалетные болты с грушевидными наконечниками медленно и печально продолжали свой полет.
"Волк, работай! — распорядился Денис. — Только без излишнего энтузиазма! — предупредил он. — Мне они нужны живыми!"
Сам же старший помощник занялся ловлей арбалетных болтов. Хоть и без острых наконечников, они могли наделать дел. В лучшем случае — отсушить ноги, так что неделю потом придется не ходить, а ковылять, в худшем — сломать кости, или даже повредить артерии. Поэтому, допустить попадание болтов в нежное "комиссарское" тело было решительно невозможно. "Длинная рука" в очередной раз успешно справилась с поставленной перед ней задачей, доставив тем самым Денису огромное удовольствие.
"Тебе не кажется, что она стала сильнее?" — неожиданно поинтересовался внутренний голос.
"Да не кажется, а точно стала! — мгновенно отозвался старший помощник. — Я сразу заметил!"
"Что делать будем?"
"Что… что… — проворчал Денис. — Целителя надо найти, пока не прихватило!"
"Как только сбросим цугов с хвоста, сразу займемся!" — строго резюмировал голос.
"Слушаю и повинуюсь, о апельсин моего сердца!" — ухмыльнулся старший помощник.
"Почему апельсин?" — изумился голос.
"Я — художник! Я так вижу!" — продолжил резвиться Денис.
Эту интересную беседу можно было бы и продолжить — ситуация на палубе не требовала не только экстренного, но вообще какого-либо вмешательства — весь экипаж, включая капитана, был занят внутренними проблемами своих организмов и не обращал никакого внимания на окружающий мир.
Все люди, атаковавшие старшего помощника, побросав оружие, хрипели и в кровь раздирали шеи, пытаясь разжать невидимые челюсти, душившие их, и ни о каких враждебных действиях в отношении страшного пассажира не помышляли. Так что, можно было бы и продолжить диалог двух умных и интеллигентных собеседников, но делу время, а потехе час.
— Живите пока, — холодно произнес Денис, после того, как Волк отпустил страдальцев. — В следующий раз убью, — предупредил он экипаж, с ужасом уставившийся на страшного колдуна. — А ты иди сюда, — кивнул старший помощник капитану. — Поговорить надо.
Результатом переговоров стало то, что "Белла" следовавшая в портовый город Храндир Протектората Шафрат сменила курс. Предварительно, в течение примерно получаса, Денис вместе с капитаном тщательно изучали крупномасштабную карту Тангер-Шаха и омывающих его вод, где были обозначены все известные мели, течения, бесчисленные необитаемые островки, по размерам напоминающие крупные камни, подводные камни, по размерам напоминающие мелкие островки, отмели и прочие факторы, представляющие опасность для мореплавания. Капитан и старший помощник быстро пришли к консенсусу, что еще раз неопровержимо доказывает, что добрым словом и пистолетом можно добиться горазда большего, чем одним добрым словом.
5 Глава
Вторично в гиштарский порт Денис попал тарка через три. Хотя нет — не вторично, это было уже третье посещение данного объекта. Первый раз — когда ночью прибыл на шлюпке, второй — когда с помпой убыл на "Белле", а сейчас — третий. Из трех тарков, потраченных на возвращение, два потребовалось кораблю, чтобы развернуться и осторожно подобраться к Тангер-Шаху.
Осторожность была вызвана тем обстоятельством, что двигаться пришлось минуя фарватер, протискиваясь между бесчисленных подводных камней и мелей. Спасало только то, что капитан "Беллы" не только выглядел, как настоящий капитан, но и был настоящим капитаном. Кстати говоря, такое сочетание между быть и казаться встречается в жизни далеко не так часто, как хотелось бы. Банальный пример, который сразу приходит на ум — некоторые политики выглядят по телевизору честными людьми.
Подойдя к острову на минимально возможное расстояние, "Белла" легла в дрейф, старший помощник вместе с гребцами перебрался в шлюпку, болтавшуюся за кормой корабля и был на ней доставлен на галечный пляж, расположенный в окрестностях Школы Духа, который старший помощник выбрал целью своего недолго путешествия. А выбрал он его потому, что это было ближайшее от гиштарского порта место, где можно было незаметно высадиться на берег.
Пляж был очень маленьким — метров двадцать в длину и метров пять в ширину, со стороны берега его ограничивала отвесная скальная стена высотой никак не менее пятидесяти метров и, как представлялось всему экипажу "Беллы", включая ее капитана, нормальный человек такое место для высадки мог выбрать только в состоянии буйного помешательства, ну, или в горячечном бреду, но, хозяин — барин.
Честно говоря, место высадки беспокоило моряков лишь с точки зрения опасности для мореплаванья, а как незваный гость собирается оттуда выбираться — его проблемы. А их делом было избавление от такого токсичного пассажира, причем со всей возможной скоростью. Так что работал экипаж "Беллы" не за страх, а за совесть — четко, слаженно и с такой быстротой, будто за ним черти гнались.
Дожидаться пока шлюпка отойдет подальше от берега, чтобы не устраивать на глазах благодарных зрителей цирк Дю Солей, Денис не стал — единственной критически важной информацией, которую экипаж "Беллы" мог сообщить цугам, были координаты места высадки и сам факт проведения этой операции, а все остальное — незначащие нюансы, поэтому восхождение старший помощник начал незамедлительно.
Отвесная скальная стена для красной Пчелы препятствием не являлась даже при отсутствии у Пчелы "длинной руки", а уж с ней… — просто не о чем говорить. Подняться на пятьдесят метров по отвесной скале старшему помощнику было не сложнее, чем опытному контрактнику, зубы съевшему в горячих точках, проползти те же пятьдесят метров по-пластунски по каком-нибудь полю.
Забравшись наверх, Денис первым делом снял биомаску. Он уже так привык к этому гаджету, что в первый момент почувствовал себя голым в толпе — вот такое вот иррациональное чувство накатило. Но человек скотинка в высшей степени адаптивная и через несколько минут старший помощник уже пришел в норму. Он почистил одежду, нацепил на пояс кинжалы, спрятанные на время восхождения в заплечный мешок и только потом выбрался из леса на дорогу, по которой уже бегал ночью туда и обратно, словно какой хоббит.