Послонявшись по рынку, он обнаружил шесть меняльных лавок, расположенных в разных местах базара… тьфу ты — рынка. В конце концов старший помощник решил придерживаться официального наименования — раз местные считают это рынком, то и хрен-то с ними — пусть будет рынок, Денису не жалко, да и вообще в чужой монастырь со своим уставом не ходят. Ни в одну из них, чтобы выяснить обменный курс, старший помощник не сунулся — интуиция не советовала, а с ней Денис привык считаться.
Такому решению, кроме интуиции, поспособствовали многочисленные неприятные личности, с лицами не отмеченными печатью честности, отиравшиеся возле обменников и не менее многочисленные стражники с аналогичными лицами, отличавшиеся от вышеупомянутых неприятных личностей лишь наличием меча, бляхи с гербом города Гиштара и кожаного колета. "Лицо со шрамом" еще могло бы здесь что-то поменять и остаться при своих, а вот нынешний старший помощник — вряд ли. Или в лавке попытались бы облапошить, или после выхода из нее. И пришлось бы мочить гадов — и вся конспирация побоку! А этого очень хотелось бы избежать.
Избежать-то — избежать, но разменять золотой требовалось позарез, а куда сунуться?! Короче говоря, ситуация сложилась в стиле: "Куда ни кинь, всюду клин!" — думал Леня Голубков, однако Денис был интуитивно — опять эта интуиция, уверен, что выход найдется и он нашелся. Старший помощник прошел было мимо ювелирного магазина, но вернулся, потому что понял — оно! Это был именно что магазин, а не лавка — солидный, двухэтажный, из красного кирпича, с большой витриной, на которой были безбоязненно выставлены различные блескучие побрякушки.
Непонятная смелость ювелира, выставившего свои богатства напоказ, причем, по мнению Дениса в не самом подходящем для этого месте, смелость, граничащая с безответственностью, безрассудством и легкомыслием, получила свое объяснение сразу же, как только старший помощник вошел в магазин. Невысокий, худощавый, хорошо одетый, пожилой человек с добрым взглядом и густой седой шевелюрой был магом. А раз так, то и стекло в витрине было, наверняка, непростое, да и связываться с ювелиром местная шантрапа поостережется, а солидным людям безобразничать вообще не с руки.
Выяснив про хозяина магазина все, что его интересовало, Денис немедленно из кадата вышел, чтобы не провоцировать коммерсанта. А то иди знай, как ювелир отнесется к человеку, внимательно изучающему его надтелесные оболочки — может ему это не понравится, или вообще у местных это не принято и считается чем-то неприличным, вроде как подсматривать за какающим бомжом.
Плотность и яркость ауры хозяина магазина однозначно свидетельствовали, что при надобности тот может изрядно зарядить каким-либо зубодробительным плетением, а отсутствие на пальцах магических побрякушек говорило о том, что ювелир рассчитывает на свою силы, а не на артефакты. Все это не могло не вызывать уважения к хозяину магазина. К сожалению, на пальцах коммерсанта отсутствовали не только боевые артефакты, но даже перстень мага и понять ранг ювелира было невозможно. А из-за отсутствия этой информации, старший помощник не знал, как вежливо к нему обратиться.
Скажешь "медный Искусник", а он старший медный, или вообще — младший серебряный, или, не приведи господь — серебряный… и все! — пиши пропало. Такого оскорбления маг не простит. К тому же не факт, что на Островах такая же градация Искусников, как в Протекторатах. Может здесь вообще все по другому и обращаться к магам следует совсем не так, как на материке. Этот момент в "беседе" с У-Веем, Денис как-то упустил, а потом и у капитана "Рыси" забыл поинтересоваться, занятый другими, более животрепещущими темами, и теперь мялся, как девственник в борделе, не зная, как обратиться к хозяину магазина. К счастью, ювелир сам задал непринужденный стиль общения:
— Что интересует молодого человека? — с доброжелательной улыбкой обратился он к старшему помощнику.
Ювелир не всегда был ювелиром, большую часть жизни он провел на корабле в качестве мага. Работы было много — в штиль надувал паруса; при абордаже защищал своих матросов от магических атак и жег чужих; врачевал, как мог, раны, полученные экипажем во время боестолкновений; прикрывал капитана во время переговоров, которые в любой момент могли перерасти в вышеупомянутые боестолкновения и делал всё остальное, где могли пригодиться его магические способности. Короче говоря, был эникейщиком — мастером на все руки.
В людях бывший боевой маг… впрочем, бывших боевых магов не бывает, так что скажем так — в людях хозяин магазина, он же боевой маг, разбирался хорошо и парнишка чем-то ему понравился. Видимо, напомнил себя в молодости — внешне ангелочек ангелочком, а при надобности так вмажет, что мало не покажется — было в посетителе магазина что-то эдакое…
— Хочешь что-нибудь купить, или продать? — благожелательно полюбопытствовал ювелир.
— Нет, — покачал головой Денис, выкладывая на прилавок монету, заранее извлеченную из перстня У-Вея. — Хочу обменять золотой на серебро.
"Огромные деньги для парня, — подумал маг. — А воспользоваться нельзя. Покажешь — отнимут, а могут и убить. Но голова работает — сообразил, что тигры зайцев не ловят, поэтому и пришел ко мне, а не к менялам. Ладно, разменяю его золотой — пусть поживет богато, — усмехнулся про себя ювелир для которого один золотой не был богатством ни в коем случае, но маг помнил те далекие времена, когда был. — Молодость быстро проходит… — хозяин магазина даже незаметно вздохнул, — пусть порадуется. А теперь вроде все есть: деньги, дом, положение в обществе, жена красавица, дети замечательные, а того веселья, что в молодости, когда не было ни кола ни двора, нет…"
— Цена обмена пять ногтей. Устраивает? — ювелир знал сколько берут за такую операцию рыночные менялы, потому что иногда пользовался их услугами, когда требовалась "мелочь", поэтому и озвучил такую цифру.
— Устраивает, — кивнул старший помощник. Получив четыре щита и пятнадцать ногтей, Денис не зная что сказать, молча двинулся на выход и лишь у двери повернулся к хозяину магазина: — Спасибо! — искренне поблагодарил он ювелира.
— Обращайся, — усмехнулся маг.
Последний раз старший помощник принимал пищу — если выражаться по-простому, или же кушал — если по-научному, когда посетил камбуз "Рыси" — то есть чуть менее суток назад. Различные обстоятельства непреодолимой силы, которые требовали его непременного в них участия не позволяли Денису ни на секунду отвлечься, чтобы перекусить и вот теперь он не просто хотел есть, а если называть вещи своими именами — хотел жрать, как оголодавший за зиму медведь, вышедший из спячки.
Немудрено, что аромат жаренного мяса достигший органов обоняния старшего помощника, подействовал на него, как тепловой след самолетного двигателя на головку самонаведения зенитной ракеты — и тот и другая пошли по следу. И если ракету след привел к самолету, то Дениса к харчевне "Тунец и барашек". Название заведения прозрачно намекало, что гостей ждут не только разнообразные морепродукты, но и мясные деликатесы.
А чтобы не потерять малограмотных и просто неграмотных клиентов, которые не могли прочесть название, над входом в харчевню висело стилизованное изображение, долженствующее по замыслу создателей шедевра прикладного искусства изображать вышеупомянутых тунца и барашка.
Видимо скульптор, или кузнец, или резчик по жести, или какой другой специалист, который создал шедевр, был в душе абстракционистом, потому что шедевр никоим образом ни тунца, ни барашка не напоминал. Старший помощник, к примеру, видел страшную ушастую рожу. Что видели другие посетители было неизвестно, правда нельзя было исключать, что кто-то действительно видел тунца и барашка — в жизни всякое случается. Картинку в голове формирует мозг, а как он интерпретирует входящий видеосигнал — дело темное, поэтому полностью исключать подобный выверт сознания было бы неправильно.