Никакого труда для старшего помощника это не составило — дождался, когда внимание цугов будет отвлечено на очередную телегу, а точнее говоря на возницу, заблажившего на тему попрания прав человека и свободы торговли, он с помощью "длинной руки" взлетел в мгновение ока на крышу пакгауза, а оттуда уже на собственно территорию порта.
"Ты скоро и задницу не подотрешь без длинной руки!" — ворчливо пробурчал внутренний голос.
"Ты это к чему!?" — не понял Денис.
"К тому, что ты красная Пчела! — продолжил бурчать голос. — И для форсирования таких преград тебе костыли не нужны! Скоро совсем разучишься что-либо сам делать! А если рука исчезнет, что будешь делать — милостыню на паперти просить!?!"
"Скажи пожалуйста, — вкрадчиво поинтересовался старший помощник. — Если у тебя есть лыжи, ты пропрешься по глубокому снегу в ботинках, или все-таки наденешь лыжи?.."
В ответ голос проворчал что-то невразумительное, но от дальнейших наездов отказался, а Денис, справедливо полагая, что от добра добра не ищут и что изобретать велосипед смысла не имеет, добрался до знакомой огромной бочки, позволявшей контролировать причал, центральный проход и портовые ворота и привычно устроил на ней наблюдательный пункт.
Старший помощник собирался дождаться появления Гудмундуна Дюваля — капитана-мага галеона "Душа океана", являвшегося одновременно еще и Погонщиком Ветра, что бы это звание… или должность — хрен знает, как правильно, не значило, проследовать за ним до корабля и как только капитан поднимется на борт, заявиться туда же в качестве потенциального, вполне себе платежеспособного, пассажира.
Как Денис собирался угадать капитана среди посторонних людей, он пока еще и сам не знал, но полагал, что как только увидит Гудмундуна Дюваля, то сразу его узнает. Человек с таким именем и фамилией… а может двойным именем? — впрочем, неважно, не может не отличаться от обычных людей. Должно быть в нем что-нибудь этакое! — может плащ, как у Зорро, может орлиный взор, может вулканический прыщ на носу, или еще что — короче говоря, будет какая-либо подсказка, говорящая — оно! Главное ее не пропустить. Ну, и на надтелесные оболочки надо не забывать поглядывать — мага всегда можно определить… если он, конечно же, ауру не маскирует.
Вот такой, не побоимся этого слова — замечательный план был у старшего помощника, однако, как известно, человек предполагает, а Бог располагает. Превосходное ночное зрение Дениса — а рассвет еще полностью не наступил и было достаточно темно, позволило ему углядеть, что вместо долгожданного капитана-мага галеона "Душа океана" в портовые ворота ввалились цуги, причем в большом количестве.
Ничего хорошего этот десант старшему помощнику не сулил — выход в море был запрещен, а раз так, то и проверять всех людей, находящихся на территории порта, будут тщательно. А если ты не член экипажа одного из судов, стоящих у причала, не докер, не складской грузчик, не клерк из управления порта, не стражник из охраны, не таможенник, или кто еще из постоянных работников, то возникает закономерный вопрос — кто ты такой и какого грата ты здесь околачиваешься? И тебя начнут проверять, задавая разные вопросы.
А по результатам проверки могут, в лучшем случае, выкинуть за портовые ворота, в худшем — пришибить… ну, или попробовать пришибить, а могут попробовать арестовать. Ну, а дальше по нарастающей — сопротивление при аресте, побег, засветка новой личности — короче говоря, ничего хорошего. Исходя из этих соображений, встреча с цугами, при любом ее возможном исходе, в планы Дениса не входила, поэтому он спрыгнул на землю и энергичной походкой направился к месту стоянки галеона.
— Тебе чего, парень? — сквозь зевок, практически не открывая глаз, пробормотал вахтенный матрос "Души океана", заспанный верзила с руками толщиной с ногу старшего помощника и кулаками чуть меньше его головы — матерый человечище, одним словом.
Стояло раннее утро, моряк недавно заступил на вахту и отчаянно хотел спать. Пользуясь его бедственным состоянием, старший помощник мог бы без труда пробраться на палубу корабля даже не пользуясь отводом глаз и танжиром — просто не нужно было громко топать по трапу, или толкать вахтенного в бок, но вступать на эту кривую дорожку Денис не стал — хотел, чтобы все было официально. Ну-у… более-менее.
Была важная причина не заявляться на борт явочным, так сказать порядком. Капитан, как понял старший помощник был магом. Сила его была неизвестна и никто не мог дать гарантии, что у того не хватит дури и силы выкинуть безбилетника за борт — маги они такие… Плыви потом хрен знает откуда, а еще неизвестно, какие твари водятся в воде. Чего-то большого количества купающихся Денис не наблюдал. Правда и наблюдать особо было негде, но не зная броду, соваться в воду не хотелось.
— На Балтан-Шах надо, — не стал скрывать своих далекоидущих и не побоимся этого слова — стратегических планов старший помощник.
"А что, еще куда-то можно попасть на корабле, идущем именно на Балтан-Шах?" — ехидно поинтересовался внутренний голос.
"Это может быть промежуточный пункт их следования, — сбил гонор с голоса Денис. — Почему нет? — И не дождавшись от него ответа, добавил: — И вообще, не умничай. Тебе не идет!"
— Ну, надо — так надо. Жди капитана, — вахтенный широко зевнул, продемонстрировав отсутствие большого количества зубов.
— А можно я там подожду? — старший помощник кивнул на корабль.
— Нельзя! — мгновенно отреагировал вахтенный, причем удивленный странной просьбой, он окончательно проснулся. — Да и зачем? — пожал плечами матрос. — Чем тебе на берегу плохо?
— Цуги, — лаконично пояснил Денис.
— Что цуги? — не понял вахтенный.
— Лютуют — никого в порт не пропускают. А сейчас сюда направились целой толпой, — старший помощник зябко передернул плечами, изображая нервическое состояние.
— Проблемы? — прищурился моряк.
— Да, — жалобно вздохнул Денис, кося под сироту казанскую.
— Грат с тобой! — после недолгой, но жаркой борьбы врожденного человеколюбия с благоприобретенной трудовой и исполнительской дисциплиной, принял решение вахтенный. — Спрячься, пока капитан не пришел! — разрешил он.
Дважды повторять старшему помощнику было не надо, он белкой взлетел по трапу и притаился за фальшбортом таким образом, чтобы видеть и слышать все, что будет происходить. Долго ждать дальнейшего развития хода событий не пришлось, минут через пять к трапу подошла большая группа цугов — двенадцать молодых и один средних лет — судя по властному выражению лица, старшой.
"Чертова дюжина… — расстроился внутренний голос. — Не к добру это!"
"Давай без суеверий! — резко оборвал его Денис. — Знаешь, что бывает за распространение панических слухов в военное время?!"
"Представляю…" — неохотно буркнул голос.
"Вот и помалкивай, если позитива нет!" — окончательно приструнил его старший помощник.
А командир патруля, между тем, бросил быстрый взгляд на красный флаг с золотым соколом, гордо развевающемся на грот-мачте, недовольно поджал губы и обратился к вахтенному вежливо, но твердо:
— Спецоперация Школы Духа. Мы должны осмотреть корабль.
— Кому должны? — деланно изумился вахтенный, округляя глаза. — Мне ничего не должны, — покачал он головой.
Старшой заиграл желваками. Даже находясь на приличном — метров десять, не менее, удалении от точки конфликта, Денис физически ощутил каких неимоверных усилий стоит цугу держать себя в руках и не двинуть наглому матросу по сопатке, разрубив таким образом гордиев узел. Однако, что-то удерживало, как командира отряда, так и его подчиненных, столпившихся у него за спиной, от применения силы.
"Боятся наглеть!" — озвучил свое виденье ситуации внутренний голос.
"И это странно…" — отозвался старший помощник.