— Крученый парнишка, — высказал свое мнение блондин, когда подследственный удалился на достаточное расстояние и мафиози остались одни.
— Похоже из ночных, — согласился с ним шатен. — Крестьянин так бы со своей девкой и цугом не разобрался. Сдрейфил бы. — Он помолчал и повернулся к седому: — Не врал? — Тот говорить ничего не стал и лишь отрицательно покачал головой.
— Похоже прав Крокодил — звезду Дотана и Ишу Пёс замочил, — веско высказался блондин.
— Ну уж никак не этот молокосос, — высказал свое мнение седой. — Он себя держать в руках вообще не может, а братьев хладнокровно замочили. Да и куда ему. Молокосос он и есть молокосос, пусть и крученый.
— Профессионально замочили, — уточнил шатен.
— А метательные ножи антарской работы у кого хочешь могут быть, — кивнул блондин. — Не одни цуги пользуются. У меня тоже есть.
— Новый наместник мутит, — веско обронил седой. — Нам в этот замес лезть не с руки. — Его собеседники в ответ согласно покивали, не торопясь допили пиво и покинули "Старого карлика".
19 Глава
Дилижанс — это, мягко говоря, не "Майбах". Да что там "Майбах", дилижанс — это даже не "Рено Логан". Впрочем, если быть честным с самим собой, то дилижанс — это даже не маршрутка, ну-у… если ехать сидя, конечно же. Дилижанс это… Вот как, к примеру, если "Ford Fusion" построен на одной платформе с "Ford Fiesta", то дилижанс построен на одной платформе с телегой обыкновенной. Правда размерами побольше и использованы несколько прорывных технологий, как то: колеса подрессорены и имеются мягкие сиденья, набитые конским волосом.
Однако, мягкие они-то мягкие, но только относительно. Относительно досок, камней и кирпичей, а так-то вполне себе жесткие. И это в первом классе, который находится внутри, в салоне так сказать, во втором же классе, который на крыше, сиденья деревянные и ощущения от поездки пассажиров второго сорта… пардон — второго класса мягко говоря — специфические. Можно было бы позавидовать, да нечему. И это только касательно седалища. То, что касается атмосферных осадков, вони от попердывающих лошадей и возницы и прочих привходящих обстоятельств мы в расчет не берем.
Но, как отметили еще древние египтяне, забираясь в свои боевые колесницы: — Лучше плохо ехать, чем хорошо идти! Передвигаться пешком, или скакать верхом хуже, чем ехать в дилижансе. Ежели пешком, то ноги сотрешь по самую задницу, а если верхом, то опять же на заднице мозоли натрешь. К тому же, верхом скакать тяжелее даже, чем ехать на мотоцикле по плохой дороге — кто ездил знает какой это труд. А дороги на Балтан-Шахе это я вам доложу не немецкие автобаны, это скорее наши родные проселки. Так что выбор старшего помощника был однозначным — дилижанс и точка! И вот на этом виде транспорта он сейчас и приближался к столице Балтан-Шаха городу Балтану. Причем, что характерно, приближался не со стороны Трапара, а с диаметрально противоположной — с севера по шоссе Аргат — Балтан.
Смена вектора произошла давно, еще восемь дней назад, когда Гудмундун вновь посетил Дениса в "Старом карлике". Маг, с видом провинциального фокусника, извлекающего кролика из цилиндра, небрежно достал из Бездонного Колодца большой кошель и с гораздо большей осторожностью вытащил на свет божий оттуда же "спецбоеприпас" — арбалетную стрелу а ля той, которой старший помощник упокоил многих магов, начиная с бойцов зондеркоманды Лорда-мага Протектората Нейтен и заканчивая приснопамятным Хозяином Ветра Визаром Гуфитом.
Иссиня черный наконечник антимагического болта посверкивал злыми алыми искрами, всплывающими из его глубин и прозрачно намекал, что тому, в кого он вонзится, мало не покажется. При виде этих искорок сердце старшего помощника возрадовалось и он бережно спрятал кошель и стрелу в свой Колодец. Причем, стрелу не просто отпустил в свободное плаванье, а зарядил ею арбалет, взвел его и только потом бережно отправил готовое к работе устройство в подпространственный карман.
— Твоя доля за продажу "Ворона", — озвучил очевидное Гудмундун.
— Вот можешь же, когда захочешь! — радостно заулыбался Денис. — Спасибо!
— А почему деньги не пересчитал? — нахмурился маг.
— Зачем? — пожал плечами старший помощник. — Ты скажешь.
— А если обману? — хитро прищурился Гудмундун.
— Каким образом? — округлил глаза Денис. — Я не знаю величину доли. Ты знаешь. Я не знаю всю ли долю ты положил в кошель. Ты знаешь. Я не знаю сколько конкретно монет ты туда положил. Ты знаешь. Так каким образом ты можешь меня обмануть? Сколько скажешь — столько и есть.
— Действительно, — поморщился маг. — Не сообразил. Там три тысячи золотых!
— Еще раз, большое тебе человеческое спасибо! — улыбка старшего помощника стала еще шире. — А особенно за болт! Презабавнейшая вещица, я тебе доложу!
— Я знаю, — сухо отозвался Гудмундун. Судя по всему, воспоминания о победе над Визаром удовольствия ему не доставляли и он поспешил переменить тему: — Как собираешься добираться до Балтана?
Надо признаться, что над этим вопросом Денис задумался сразу же после завершения беседы… ну, или же допроса, если называть вещи своими именами, проведенного шатеном, блондином и седым. Суть проблемы была очевидна и прозрачна — что знают двое, знает и свинья, как говорят французы. Старший помощник был вынужден признаться этому нечестивому трио, что торчит в "Старом карлике", дожидаясь своей доли с продажи "Ворона".
Это признание автоматически означало, что данная информация будет в самое кратчайшее время доступна всему криминальному сообществу Трапара. И дело даже не в злонамеренности этих трех представителей Общества — вовсе нет, хотя и этого исключать нельзя — бандиты… Просто они, во-первых — не давали подписку о неразглашении данных, полученных в результате следственных мероприятий, да даже, если бы и давали, то особой веры им бы все рано не было, а во-вторых — когда будут докладывать руководству о результатах расследования, вряд ли будет обеспечена необходимая конфиденциальность, а чутких ушей в таких организациях хватает.
В том, что на него вряд ли будут охотиться "уважаемые люди", чтобы снять с бесчувственного тела, или, в конце концов, с трупа, гипсовую повязку с бриллиантами… пардон, это не отсюда — кошель с деньгами, полученными от продажи "Ворона", Денис был уверен на сто процентов. Не станут "уважаемые люди" связываться с Гудмундуном, который в случае чего вне всякого сомнения проведет собственное расследование и до истины докопается. Ну и разберется с виновниками по всей строгости революционных законов. Не те деньги, чтобы ссорится с боевым магом у которого за спиной еще и команда опытных головорезов присутствует — имеется в виду экипаж "Души океана", если кто не понял.
А вот всякая мелкая шушера — падальщики… хотя нет, падальщики они и крупной добычей питаются, тут скорее будут рыбы лоцманы, которые подъедают остатки пищи от акул и прочих морских хищников, вот те, опять же со стопроцентной уверенностью, подкараулят и набросятся. Блеск золота, наверняка, застит им глаза.
Данные о цене полученной Гудмундуном за "Ворона", наверняка станут достоянием широкой общественности и та сможет ориентировочно оценить размер доли рядовых матросов, к которым, скорее всего, будет отнесен и старший помощники и эта цифра наверняка заставит горячие головы стать еще горячее.
Боялся старший помощник не самой попытки ограбления, а того, что в результате отражения нападения, могут всплыть некоторые недокументированные особенности его боевых возможностей, которые могут привести к возобновлению расследования его роли в деле гибели артефактора Ишу и звезды Цеха Убийц. Что было бы крайне нежелательно.
Технически, скорее всего, за "Старым карликом" будет установлено плотное наблюдение — можно подрядить на это дело мальчишек, которые будут отслеживать приход мага, и как только, после визита Гудмундуна, Денис покинет отель и направится к станции дилижансов его уже будут ждать.
Ну-у… по крайней мере именно так поступил бы старший помощник, если потребовалось грабануть кого из постояльцев. А считать криминальную шушеру дураками никаких резонов не было. Наверняка и в их забубенные головушки придет понимание того, как не упустить этого жирного гуся — дружка Гудмундуна. Так что, использование дилижанса для поездки в Балтан оказалось под вопросом. Денис поделился своими сомнениями с магом и тот понимающе покивал: