Предчувствия его не обманули. До того момента, как Гудмундун с Таренией покинули особняк, приезжали еще три тюремные кареты, похожие друг на друга, как однояйцовые близнецы, только возницы были разными. Всем им Филай давал от ворот поворот, но зато, когда маг и девушка покинули гостеприимный дом артефактора Ишу, следующие тюремные кареты проникали внутрь охраняемого периметра беспрепятственно.
Стало очевидно, что клеймение "левых" рабов является не единичным случаем, а поставлено на поток. Безусловный вывод, который сделал старший помощник из этого наблюдения, был тот, что без участия правоохранительных органов организовать такой, поставленный на широкую ногу бизнес было бы невозможно.
Не заметить такой плотный трафик тюремных карет было значительно сложнее, чем заметить. Тем более учитывая, как часто мимо особняка артефактора Ишу дефилировали стражники, как конные, так и пешие. Чтобы не попасться им на глаза, Денис был вынужден время от времени активировать танжир, когда полицаи оказывались в непосредственной близи.
Впрочем, в футболе бывают ситуации, когда не забить бывает гораздо сложнее, чем забить, но игроки умудряются промазать, так что один процент старший помощник оставлял на вопиющую халатность стражи, а не на ее долевое участие в "черной" работорговле… если, конечно же, допустить, что есть "белая". В связи с этим выводом, Денис еще раз поздравил себя с тем, что не начал качать права на рынке рабов — там бы его и удавили. Без вариантов. Не бандиты, так менты. Не менты, так бандиты. Не те и не другие, так взбешенные зрители, которых он лишил бы уже начавшегося зрелища.
В принципе, старший помощник не был злым человеком, не был он и мстительным человеком, но, чего не отнять, того не отнять — обладал обостренным чувством справедливости. Денис искренне считал несправедливым, что один из двух главных виновников того, что он попал в этот блудняк со Снежной Королевой не только останется безнаказанным, а еще и получит двойной профит — сначала за то, что надел рабский ошейник на Тарению, а потом за то, что снял. Самой же главной претензией было то, что в процессе разрешения образовавшейся коллизии, старший помощник чуть было не отбросил коньки и спасся только чудом. Прощать такое Денису очень не хотелось. Как говорится, Розарио Агро еще никого не прощал!
В связи с этим старшему помощнику очень хотелось восстановить попранную справедливость и ударить артефактора Ишу по его самому больному месту — по кошельку. Но, пока случай не привел старшего помощника к особняку артефактора Ишу, а как мы помним, случай — это псевдоним Бога, когда он не хочет подписываться полным именем, желание это было расплывчатым и неконкретным. Плюс Гудмундун выразил явное неодобрение планам проведения силовой акции. Поэтому, даже, когда интуиция заставила Дениса остаться и начать наблюдение за особняком, желание еще не выкристаллизовалось в намеренье.
Несгибаемая сила намеренья появилась уже под утро, по итогам наблюдений за особняком артефактора Ишу, продлившихся практически до рассвета и позволивших выявить определенные закономерности, которые позволят… ну, или — могут позволить с определенной долей вероятности гарантировать успех операции по принуждению артефактора Ишу к компенсации морального вреда, причиненного старшему помощнику.
Деньги в любом случае лишними не будут, даже с учетом того, что Гудмундун обещал не обидеть по итогом торгов по реализации "Ворона". В медицинских кругах существует шутка, в которой есть доля правды, большая, или нет, судите сами: лечится даром — даром лечиться. А в то, что хорошие целители берут за свои услуги мало, Денис не верил от слова совсем.
Таким образом желание денег и справедливости совпали, а это очень горючая смесь, которая стала причиной не одной революции, не говоря уже о гоп-стопах. Немаловажным фактором было и то, что старший помощник искренне считал, что само Провидение, в лице Гудмундуна и Тарении, указавших ему на дом артефактора Ишу, отдает врага ему в руки и можно приступать к восстановлению справедливости, смело надеясь на поддержку сверху.
Размышляя о справедливости и финансах, Денис внезапно осознал, что после известных событий в поместье Визара оное осталось без владельца, после чего задался естественным вопросом: а кто им будет теперь? Если он правильно понимал хитросплетения местной юриспруденции, то актуальным сюзереном должен стать Гудмундун, который сместил — применим такой эвфемизм, Визара с его поста по праву сильного.