Но и ими список не ограничивался — был еще один человек, заслуживший жгучую ненависть — мальчишка, с которым они вместе плыли на "Душе океана", который мог бы ее спасти, но не сделал этого, то ли из трусости, то ли из природной зловредности и безразличного отношения к чужой жизни. А может он даже получил удовольствие, наблюдая за ее страданиями.
Гудмундун, безо всяких поползновений подкатить яйца и попарить репку, единственно чтобы остановить рыдания, приобнял бедную девушку и начал ласково поглаживать ее по голове, нашептывая всякую хрень, способную успокоить разнервничавшихся домашних животных и женщин. Не помогло. Рыдания лишь усиливались. Пришлось прижать посильнее к себе и начать гладить по спинке. Никакого эффекта.
И лишь, когда он взялся за круглую попку, а Тарения подняла заплаканное лицо и попросила ее поцеловать, наметился позитивный сдвиг. Для закрепления положительной динамики, пришлось раздеть Снежную Королеву, уложить в постель и несколько раз трахнуть с демоническим усердием и лишь только после этого она окончательно успокоилась. Вот что секс животворящий творит!
— Ты мой герой! — прошептала девушка, глядя на мага сияющими влюбленными глазами. — Спас из лап этого ублюдка! Не то, что этот юный мерзавец! Ненавижу! — выдохнула она, яростно блеснув глазами.
Честно говоря, Гудмундун не понял, о каком мерзавце идет речь, но это и неважно, а важно то, что был он Человеком Чести, да и просто честным человеком. Приписывать себе чужие заслуги и позволять это делать другим, он не мог. Если бы маг промолчал и не расставил сразу все точки над i, то мог бы образоваться сюжетец для небольшого мексиканского сериала — серий этак на двести, или многосерийного индийского кино.
Дело происходило бы, примерно, так: ненавидящая Дэна Тарения встречает его серий через двадцать в образе Жонглера, влюбляется, он отвечает взаимностью — все пляшут и поют. Еще через пятьдесят серий тайна Дэна-Жонглера случайно открывается, Тарения в отчаянии, она хочет забыть коварного обманщика на протяжении еще ста серий, но не может — ЛЮБОВЬ сильнее! В течении последних семидесяти пяти серий происходит плавное примирение влюбленных, омрачаемое, разумеется, коварными соблазнителями и соблазнительницами, но в конце концов происходит финальное объяснение, Тарения понимает, как была неправа — старший помощник ее герой! Все пляшут и поют!
В реале же интрига была уничтожена не родившись.
— Один, без Дэна, я ничего бы не сделал, — честно признался маг.
— Его зовут так же, как этого юного мерзавца? — слегка удивилась девушка.
— Какого мерзавца? — полюбопытствовал Гудмундун.
— Молодой мальчишка, который плыл с нами на "Душе океана".
— Так это он и есть, — пожал плечами маг. — Дэн увидел тебя на помосте и тут же примчался ко мне. Потом мы придумали, как тебя спасти и пришли за тобой. Так что никакой он не юный мерзавец. Да и вообще — это он убил Визара. Я тебе уже говорил.
Сказать, что Снежная Королева была шокирована — значит ничего не сказать. Ей потребовалось определенное время, чтобы собраться с мыслями.
— А почему он сразу не заявил, что меня продали в рабство незаконно!?! Меня освободили бы прямо там и я не подверглась бы насилию! — гневно озвучила свои претензии девушка.
— Милая, — грустно улыбнулся Гудмундун. — Если бы Дэн открыл рот на рынке рабов, его бы там же и похоронили, я никогда бы не узнал о твоем несчастии, а ты бы навсегда осталась рабыней.
Тарения долго думала прежде чем ответить. Ее ответ был по своему логичен, правда логика эта была… скажем так — не совсем обычной, не бинарной, а женской.
— И все равно, мой герой — ты! — воскликнула она, впиваясь в уста Гудмундуна жарким поцелуем.
*****
В глазах Рафила, когда он утром увидел беззаботно спустившегося на завтрак юного постояльца, на миг промелькнуло удивление, но этим любознательность отельера и ограничилась, никаких вопросов он задавать не стал. Видимо хозяин "Старого карлика", как человек поживший, тертый жизнь, знающий ее и с лицевой стороны и с изнанки, хорошо знал, что чем меньше интересуешься чужими делами, тем дольше живешь без проблем. Ну, или по крайней мере, просто живешь.
А старший помощник, в свою очередь, не менее талантливо исполнил свою часть безмолвной пантомимы, изображавшей утреннюю встречу отельера с постояльцем, мирно проспавшим всю ночь в своем номере. Отыграв этюд на пять с плюсом и даже слегка пошатнув тем самым непоколебимую уверенность Рафила в том, что клиент не мог мимо него просочиться незамеченным, Денис зашел в ресторан и плотно, ни в чем себе не отказывая, позавтракал, после чего двинулся в направлении городского рынка, а точнее говоря — рынка рабов, чтобы понаблюдать за артефактором Ишу в его естественной среде обитания.