"Ты это… не горячись! — забеспокоился голос. — Заплатим и все. Не надо связываться!"
"А вот хрен им в обе руки!" — мрачно отозвался старший помощник, чувствовавший, что если не сорвет на ком-нибудь распиравшую его ярость, то лопнет от злости. И когда возница собрался было пристроиться в хвост длиннющей очереди, дожидавшейся досмотра, он приказал ему сворачивать в "зеленый коридор", через который двигались богатые кареты и прочие повозки, отличавшиеся от стоящих в очереди, как "Инфинити" от "Жигулей".
Процесс инфильтрации в "зеленый коридор" гладким не был. Кучер кареты, которую подрезала телега Дениса, начал орать что-то про всякую шваль, которая не знает своего места и лезет туда, где могут находиться только благородные люди, а не старьевщики со своим барахлом, возница начал горячиться, размахивать руками, а в конце своей гневной филиппики даже замахнулся кнутом.
Кого кучер собрался перетянуть вдоль хребта: самого старшего помощника, Снежную Королеву, извозчика, или его тощую лошадку, осталось неизвестно, потому что Денис, которому надоело слушать эти вопли, ловко подскочил к передку кареты и выдернул крикуна с облучка. Когда же растерянный кучер, никак не ожидавший подобного обращения, оказался на земле, старший помощник провел экзекуцию, сколь быструю, столь и эффективную.
После того, как грозные вопли водителя кареты сменились его же воплями, но уже жалостными, переходящими в стоны и не побоимся этого слова — в вой… ну, может и не в настоящий вой, но в подвывания точно, дверца кареты приоткрылась и из нее высунулся пассажир — представительный мужчина средних лет, пестро и дорого одетый. Он открыл было рот, чтобы выразить свое возмущение, но наткнувшись на холодный взгляд Дениса, обещавший много чего нехорошего и обратив внимание на его ладонь, легшую на эфес шпаги, предпочел молча скрыться в глубине своего транспортного средства.
Старший помощник ожидал, что сейчас из кареты, как горох из стручка, вылетят кунаки влюбленного джигита — охранники там, или еще кто и можно будет отвести душу, разгоряченную Снежной Королевой и ее долбанным сундуком, но, к огромному его удивлению, из экипажа никто не вышел — то ли не было абреков, то ли хозяин приказал не связываться, то ли еще что, но никого не было. Ну-у… — на нэт и суда нэт.
Четверо стражников — трое постарше, мужики лет сорока и совсем еще зеленый юнец, предводительствуемые таможенником, солидным мужчиной лет пятидесяти, невысоким, полным, с большой лысиной, невзрачным с виду, но обладающим ярко выраженной начальственной харизмой, прекрасно видели безобразную сцену, разыгравшуюся в пределах прямой видимости неподалеку от них.
Когда телега старшего помощника приблизилась к воротам, таможенник и трое ветеранов стали пристально что-то разглядывать в глубине порта, не обращая на дорогу никакого внимания, а вот юнец, преисполненный дури и служебного рвения, вознамерился было заступить путь транспортному средству Дениса, однако был немедленно одернут одним из ветеранов. Когда телега старшего помощника скрылась за поворотом, на блокпосту произошел следующий разговор:
— Депчебал! — сурово обратился к юнцу таможенник. — Ты разве не обратил внимания, что мы не собирались проверять эту телегу?
Юноша от такого начальственного наезда сначала покраснел, потом побледнел, затем эти процессы конвергировались и в результате Депчебал стал походить лицом на разукрашенного клоуна. Ему бы промолчать, но видимо он был не просто молод, а еще и дурак, а это надолго и он начал оправдываться:
— Я думал…
— Что ты делал!?! — перебил его таможенник, с изумлением глядя на юношу.
— Думал, — растерянно повторил тот.
— Еуджен! — таможенник повернулся к одному из ветеранов, которые смотрели на младшего товарища, как на кусок собачьего говна, прилипшего к подошве сапога. — Меня от него уже тошнит и боюсь, что вырвет. Объясни ему все сам.
— Послушай недоумок, — обратился к юноше ветеран, — ты разве не заметил, что парень этот отмороженный на всю голову, раз не побоялся влезть перед каретой самого Зиндела Аксвершота?
— Заметил! — истово закивал юноша. — И удивился почему маг его не сжег!
— И почему?
— Я не знаю… — совсем растерялся Депчебал.
— А я тебе объясню! — гневно уставился на юнца ветеран. — Маг, в отличие от тебя, недоумка, сразу смекнул, что таким наглым и таким бедным может быть только младший сынок тирана какого-нибудь маленького островка, на котором живут сто людей и три козы, где его папаша — адмирал, бог и воинский начальник! И наследничек, хоть и пятый, или какой еще, так же воспитан — все должны перед ним спину гнуть!