— А теперь насчет долга жизни, — вздохнул старший помощник, прозрачно намекая, что говорить на эту тему ему хочется не особо сильно, но раз хозяин каюты настаивает, то он вынужден подчиниться — вот как много можно выразить в обычном вздохе, если подойти к делу умеючи. — Этого долга нет!
— Это как же так нет!? — изумился Гудмундун. — Если бы не ты, Ворон меня прикончил! Будешь спорить!?
— Спорить не буду, все обстоит именно так, как ты говоришь… — рассудительно, как взрослый убеждающий малыша, что перед тем, как приступить к мороженному надо сначала съесть манную кашу, начал свой спич Денис, но довести его до конца маг ему не дал:
— Ну вот видишь!
— Но! — старший помощник для убедительности поднял палец. — Это не ты задолжал мне долг жизни, а я возвращал тебе. Вот и все.
— Это как так!? — капитан уже совершенно ничего не понимал.
— Ты на причале расшвырял цугов, которые хотели обыскать "Душу океана". Если бы они меня нашли — мне каюк. Тогда у меня и образовался долг жизни, который я потом отдал. Мы квиты, — улыбнулся Денис. — Ни в какую Канцелярию идти не надо, — с нажимом добавил он и сразу же поинтересовался: — Так что? — я могу идти?
— Можешь… — буркнул маг после продолжительного раздумья, а когда старший помощник уже начал подниматься из-за стола, остановил его: — Хотя постой.
Вздох облегчения, начавший было вырываться из груди Дениса после слова "Можешь", сменился вздохом разочарования после слов "Хотя постой". Это еще раз доказывает, что оценивать любой процесс можно только после его полного завершения. Взять к пример финал Лиги Чемпионов, когда "Манчестер Юнайтед" весь матч проигрывал "Баварии", а в добавленное время взял да и забил два мяча и выиграл Кубок, или фразу Мюллера после совещания: — А вас, Штирлиц, я попрошу остаться! Так и тут — рано старший помощник почувствовал облегчение.
Пока Денис рефлексировал, Гудмундун времени даром не терял. Он поднялся, открыл один из ящиков высокого секретера, занимавшего значительную часть помещения каюты, извлек что-то оттуда и вернулся на свое место.
— Держи, — с этими словами он положил на стол невзрачное серебряное колечко. — И спрячь перстни цугов. Я увидел, и другие увидят. Будет нехорошо. Не любят цугов на Балтан-Шахе.
Яростная надежда вспыхнула в душе старшего помощника. С трудом подавив волнение, с бешено колотящимся сердцем, но все же стараясь держаться невозмутимо, он спросил:
— Это то, что я думаю?
— Я, видишь ли, мысли читать не умею, — усмехнулся маг. — Но если ты думаешь, что это Бездонный Колодец, то ты прав.
— Спасибо! — растроганно воскликнул Денис. — Королевский подарок!
— А кто такие короли? — мгновенно заинтересовался Гудмундун.
"Ты уже разок прокололся с Бильгеминой, — тут же отреагировал внутренний голос. — Мало?"
"Упс… — повинился старший помощник. — Мой косяк…"
— Властители, вроде Лордов-магов, — начал выкручиваться Денис.
— Где правят? — живо заинтересовался капитан.
— Там… — неопределенно махнул рукой старший помощник. — На юге. Далеко…
"А Бильгемине пиздел, что на севере!" — ухмыльнулся голос.
"Отымись, плохая жисть! — взмолился Денис. — Не отвлекай. А то еще чего ляпну…"
— А в чем отличие от золотой Торбы… в смысле — Колодца? — попытался сменить тему старший помощник и это ему удалось. Гудмундун определенно догадывался, что собеседник ему врет насчет королей на далеком юге, но цели загонять его в угол у него не было, поэтому он охотно вернулся к обсуждению Бездонного Колодца.
— А что ты знаешь про золотой?
— У него неограниченная емкость и его не надо заряжать, — четко отрапортовал Денис. Про то, что в золотой Торбе Архата можно держать, что угодно, начиная с еды и заканчивая трупами, он говорить не стал, чтобы не возникли вопросы — откуда он знаком с такими подробностями, а про неограниченную емкость и отсутствие необходимости в подзарядке, информация была общеизвестной. Ну-у… по крайней мере старший помощник на это сильно рассчитывал.
— Все правильно, — согласился Гудмундун. — Серебряный тоже не надо заряжать, но емкость у него ограниченная.
— Какая?
— Я не знаю, — пожал плечами маг. — У меня такой же, — он продемонстрировал Денису аналогичное украшение на своем пальце. — Там уже много чего, я сначала считал, а потом, после пятисот предметов бросил. Да и как сосчитаешь? — одно кладешь, другое забираешь, да и надоело.