Улыбающиеся и довольные лица завсегдатаев успокоили трепетную совесть старшего помощника, тем более, что бил он посетителей «Русалки» хоть и сильно, но аккуратно и никаких травм не нанес. Ну-у… разве что кроме психологических, да и то вряд ли.
«Вот что я неправильно сделал? — сокрушался Денис, потягивая очередную рюмочку граппы. — Надо было насчет этих чертовых болтов спрашивать у Арэмэзда, или нет?»
«Надо!» — безапелляционно поддержал его внутренний голос.
«Мог я заранее предугадать такую реакцию артефактора?» — продолжал сеанс самобичевания старший помощник.
«Нет!» — отозвался голос.
«Так в чем я виноват!?!» — допытывался сам у себя Денис.
«Ни в чем, — успокаивал его голос. — Хотели, как лучше, а получилось, как всегда!» — припомнил голос в очередной раз бессмертные слова Виктора Степановича Черномырдина. Мало кто знает, но этот лозунг коммунисты хотели набить под ногами двуглавого орла на гербе России золотыми буквами, но едросы забаллотировали это предложение.
«Может у Ёйдарта поинтересоваться?» — продолжил строить планы добычи нужной информации старший помощник.
«Не стоит, — возразил голос. — Лучше у Киры!»
При мысли о прекрасной целительнице у Дениса не то, чтобы бабочки запорхали в животе, но определенное шевеление плоти ощутилось.
«По-любому с ней увидеться придется, — размышлял старший помощник. — Оставлю у нее на хранение Асмартанский Амулет и ее Бездонный Колодец, а серебряный Колодец Гудмундуна — у Ёйдарта!»
«Правильно! — одобрил голос. — Нельзя все яйца складывать в одну корзину!»
Денис представил, как обнимет истосковавшуюся по нему девушку, как они будут разговаривать, перебивая один другого, наслаждаясь долгожданным общением, как будут всю ночь неистово любить друг друга и на душе у него стало тепло и грустно. А грустно, потому что утром придется расстаться. Прямо «„Юнона“ и „Авось“» получается: «Я тебя никогда не забуду… Я тебя никогда не увижу…»
Окончательно успокоившись и выкинув инцидент с Арэмэздом из головы… точнее говоря — посчитав его форс-мажором, вроде наводнения, или землетрясения, предвидеть которые невозможно, старший помощник положил на стойку еще один золотой и провожаемый довольными криками завсегдатаев, покинул «Русалку» в хорошем расположении духа. Однако, благостное настроение, посетившее Дениса, оставило его, как только он немного отошел от кабака. Дали о себе знать мелиферы — кто-то недоброжелательно следил за старшим помощником.
Выявить соглядатая особого труда не составило, хотя тот довольно успешно прятался за людьми и естественными и искусственными препятствиями, однако Денис тоже умел играть в эти игры и получше многих. Следил неопрятный мужичок неопределенного возраста, похожий на нищего. Старший помощник отметил его еще в кабаке за то, что тот сумел избежать общей экзекуции, спрятавшись под столом и не участвуя в драке. Денису не понравилось, что драться этот тип не стал, а бухал наравне со всеми пострадавшими, что было несправедливо.
Впрочем — хрен-то с ним. Старший помощник, как отметил в кабаке этого мужичка, так и выкинул из головы. И вот он снова дал о себе знать. Такие типы часто состоят на службе у криминала и скорее всего «нищий» решил в инициативном порядке проследить за платежеспособным клиентом, чтобы дать наводку. Допускать подобное Денис не собирался. Как только ему на глаза попался подходящий камень, старший помощник его незаметно подобрал и, улучив удобный момент, пустил в ход. Наградой старшему помощнику послужил болезненный вопль и рухнувшее на землю тело в обносках. Ну, что тут можно сказать? Только одно — дальнобойщики не промахиваются.
Вернувшись в Золотой Город, Денис пообедал в приличном ресторане, после чего устроился в тенечке на Адмиральской набережной и задумался. А задумался он вот о чем — с чем идти к Кире? И чем больше думал, тем больше приходил к выводу, что любой подарок будет выглядеть фарсом.
Что можно подарить миллионерше, у которой все есть? Деньги? — так их у нее, как у дурака махорки — девать некуда, да и она не проститутка ни в коем разе, чтобы деньги принимать. Цветы? — так у нее дворцовый парк имеется, а в парке клумбы за которыми ухаживает садовник. Конфеты? — не смешно. Продуктовый набор? — так ты же не в общагу к студенткам педагогического собираешься, где действует программа: секс в обмен на продовольствие, а к обеспеченной девушке. Цацки? — у самой девать некуда. Артефакт? — низкоранговые ей даром не нужны, а высокоранговые попробуй достань.
Думал старший помощник, думал, прикидывал и так и этак и ни черта не придумал. С чем бы в руках ни придешь, а все одно — дураком будешь выглядеть. В такое положение частенько попадают бедные родственники, заявившиеся в гости к богатым с леденцом монпансье на палочке для хозяйского сынка, а того от трюфелей воротит. Хозяева может виду и не подадут, но гости все равно, если не полные дураки, чувствуют себя будто в яму с дерьмом окунулись. Поэтому решил Денис, что он сам по себе подарок и выкинул проблему из головы, как решенную.
Коротая время до вечера, когда можно будет отправиться в гости, старший помощник вспоминал Киру и в неглиже и без и в бальном платье и в домашнем и мало-помалу распалялся, словно тульский самовар. Ну, а что? — дело молодое. Как только стемнело, Денис выдвинулся к дворцу прекрасной целительницы.
До этого старший помощник никогда не проникал внутрь охраняемого периметра в одиночку, всегда вместе с Кирой и поэтому слегка опасался, что попасть внутрь будет не так легко, но его опасения оказались напрасными — стоило Денису один раз, не очень сильно, ударить в гонг, как тут же у калитки материализовался садовник, прекрасно знавший старшего помощника, который без вопросов пропустил его на охраняемую территорию. Денис не торопясь, «шаркающей кавалерийской походкой», направился к дворцу и уже преодолел половину расстояния до него, как из двери молнией вылетела домоправительница и бросилась к старшему помощнику.
«Небось меню бежит согласовывать!» — предположил внутренний голос.
«Икры хочу, — мысленно облизнулся Денис. — Черной!»
«А как же без нее!? — поддержал его голос. — Праздник в доме!»
«Возвращение блудного попугая!» — ухмыльнулся старший помощник.
«Так что шампанское пусть несут! — раздухарился голос. — Чай не каждый день такие гости!»
«В серебряном ведерке со льдом!» — уточнил Денис.
— Привет, Бейза! — широко улыбнулся старший помощник. — Рад тебя видеть!
— И я, Дэн, и я! — ответно улыбнулась домоправительница, вот только улыбка ее была какая-то… не сказать, что неискренняя — нет, а какая-то, скажем так — нервная. Денис напрягся. Не сказать, чтобы сильно, но в душе слегка кольнуло.
— Что? — слегка нахмурился старший помощник. — Дома нет?
— Почему нет, — вздохнула Бейза. — Госпожа дома. Только…
— Что только?! — начал злиться Денис. — Говори толком!
— Не одна она… Гость у нее…
Обманутые мужья и жены, которым их вторые половинки наставляют рога в промышленных масштабах, как правило, узнают об адюльтере последними. И дело не в том, что они дураки, или не замечают очевидные вещи. Дело в том, что они психологически не принимают открывшиеся обстоятельства. Сознание, или подсознание — хрен знает, кто этим занимается, маскирует проблему столь долго, сколь это возможно. От этого они и узнают обо всем последними. В первое мгновение старший помощник не смог осознать, что именно говорит ему Бейза, а когда наконец осознал, испытал испанский стыд такой интенсивности, что пар пошел из ушей.
Образованный читатель непременно задастся вопросом — а с какого это шороху стыд испанский? Обычно этот термин означает, чувство неловкости или стыда, испытываемое человеком из-за поведения другого человека, но в том-то все и дело, что Денис явственно увидел себя со стороны — напыщенный придурок является без предупреждения к женщине, с которой расстался, в полной уверенности, что она днями и ночами слезы льет, его дожидаючись, а на деле у нее уже давно другой хахаль, а о нем она и думать забыла! Щелчок по самолюбию вышел знатный, но старший помощник не был бы старшим помощником, если бы не умел держать удар. Уже в следующее мгновение Денис вернул улыбку на уста. Пусть даже приклеенную и неискреннюю.