— Почему это!?! — Кира так посмотрела на администратора, что тот мгновенно побледнел и покрылся холодной испариной.
— Дело в том, многоуважаемая вышестоящая госпожа целительница Кираниэль, что первый вызов уже прозвучал и был принят, — начал он оправдываться, — и зафиксирован артефактом арены и отменен быть не может. А еще… — замялся распорядитель, — более сильный маг не может вызвать на дуэль более слабого… — и уточнил: — В Чаше, — прозрачно намекая, что за ее пределами можно на такую ерунду внимания не обращать.
— Если с Дэном что-нибудь случится, ты труп! — ткнула пальцем в грудь сухопарого Кира.
— Обязательно случится! — оскалился в ответ сухопарый. — Можешь не сомневаться, сучка, из-за которой потерял голову и честь Эльхар!
— Дядя! Я вызываю тебя на смертельный поединок! — наконец пришел в себя, ошалевший от всего происходящего, красавчик.
"В очередь, сукины дети! — мрачно ухмыльнулся старший помощник. — В очередь!"
"Ну ты и заварил кашу! — не без восхищения заметил голос. — Силен, бродяга!"
"А то! — невесело хмыкнул Денис. — Могём!"
"Не могём, а могем!" — поправил его голос.
По мере приближения начала поединка, спокойствие начало покидать старшего помощника и появился предстартовый мандраж, что несомненно обрадовало Дениса. Традиции — они такие… К счастью, долго ждать начала представления не пришлось и здоровый мандраж граничных значений не превысил и в нездоровую панику не перерос. Впрочем, чему удивляться? — старший помощник уже не раз рисковал жизнью, а человек ко всему привыкает и даже к этому.
"Не ссы! — успокоил Дениса внутренний голос. — Ты — главный герой и ничего с тобой не будет!"
"Уверен?"
"А то! Я сто раз так делал!"
"Ну-ну… — вздохнул старший помощник. — Будем посмотреть…"
Внезапно Денис почувствовал настойчивый взгляд — это отошедший в сторону от толпы Арэмэзд пристально уставился на старшего помощника. Убедившись, что Денис его заметил, артефактор сделал незаметное движение рукой, подзывая старшего помощника. Когда Денис подошел, Арэмэзд встал так, чтобы никто ни из толпы "болельщиков" красавчика, ни из сгрудившихся вокруг распорядителя самого красавчика, его сухопарого секунданта, оказавшегося возмутителем спокойствия и трех высших целительниц, не смог проследить за тем, что происходит между артефактором и старшим помощником.
— Держи, — Арэмэзд положил в ладонь старшего помощника тяжелое золотое кольцо. Вполне ожидаемый вопросительный взгляд Дениса без ответа не остался: — Твой противник маг воды… боевой маг — уточнил артефактор. — Они часто используют в работе лед, — продолжил Арэмэзд, — чтобы противник потерял подвижность. Кольцо — огненный ковер пятого ранга, всю арену может и не растопит, но какую-то подвижность даст. В любом случае пригодится.
— Спасибо.
— Удачи.
— К черту.
— Это у тебя на острове так говорят? — заинтересовался артефактор.
— Да.
Разжившись новым артефактом, старший помощник вернулся в компанию трех высших целительниц, красавчика и его сучьего секунданта — старшего серебряного мага воды, ну и конечно же, менеджера неизвестного звена, управлявшего бизнес-процессами в Чаше — так как других сотрудников не наблюдалось, распорядитель вполне мог быть менеджером, как высшего, так и низшего, а не исключено, что и среднего звена.
— Ты, — ткнул пальцем в Дениса распорядитель, — стоишь здесь, а ты, — указал он на сухопарого, — идешь на другой конец арены. Начинаем по удару гонга. Кто начнет раньше времени будет сожжен, — распорядитель дотронулся до одного из многочисленных перстней, украшавших его пальцы и над ареной воспарил и завис на высоте метров десяти золотистый шар, размером с футбольный мяч, а распорядитель кивнул на шар и еще раз предупредил: — Артефакт Древних. Осечек не бывает. Так что только по гонгу! Шагай! — бросил он сухопарому.
Пока непримиримый противник старшего помощника упруго шагал к своему месту, активизировался артефакт Древних, висящий над манежем. Из него вырвался луч, такого же золотистого цвета, как сам аппарат и принялся описывать круг вокруг арены. Луч это двигался с такой умопомрачительной скоростью, что через короткое время стало казаться, что вокруг арены выросла золотая конусообразная стена. А к тому моменту, как сухопарый достиг своего места, уже можно было не сомневаться, что стена вокруг манежа не кажущаяся, а самая что ни на есть настоящая — металлическая, поблескивающая золотом стена.