"Когда ты на карачках вернешься после эксперимента, то помыться не сможешь — не будет сил, завалишься в койку грязный, как свинья, потом самому противно будет. Поэтому сейчас сходи прими душ, а потом будешь экспериментировать уже чистеньким! А когда доползешь потом до койки, будешь не таким вонючим и сможешь обойтись без помывки! Ферштейн!"
"Ферштейн… — задумчиво протянул старший помощник, соглашаясь с доводами внутреннего паршивца, но тут же поинтересовался: — А раньше сказать тебе религия не позволяла!?"
"А тебе голова нужна, чтобы есть в нее? — не остался в долгу голос. — Или иногда можно ею думать?"
"Да пошел ты…" — признал свое поражение в философском диспуте Денис.
"Шарик — ты балбес!" — не преминул потоптаться на поверженном противнике внутренний голос, после чего старший помощник отправился мыться. Перед тем, как покинуть помещение, Денис на всякий случай извлек клинки из стены и убрал их обратно в Бездонный Колодец — так… на всякий случай.
"Пра-а-авильно, — голосом Матроскина одобрил голос, — а то спиздят еще — ищи потом…"
"Береженого Бог бережет!" — согласился старший помощник.
"И часы не забудь!" — напомнил, а точнее говоря — предупредил голос, потому что об измерении времени эксперимента речь не шла и тема всплыла только сейчас. Об этом Денис заранее не подумал и хорошо осознавал, что это косяк. Поэтому он был рад, что внутренний паршивец просто напомнил о часах без обычного выпендрежа.
Старший помощник вернулся в каретный сарай минут через двадцать чистый, как лимузин из правительственного кортежа перед подачей для торжественного выезда, с песочными часами в руках, безропотно выданными домоправительницей. Он снова установил мишень, вернулся в двуколку, перевернул часы и через двойной кадат активировал состояние Астрального Штурмовика. Все было готово к началу эксперимента. Денис промедлил секунду, ожидая нового подвоха со стороны внутреннего голоса, и не дождавшись, приступил.
Для начала следовало определить расстояния между точками, куда будет наносится очередной удар. Эту дистанцию следовало выбрать такой, чтобы образовавшиеся кратеры не задевали краями друг друга и в то же самое время, чтобы лишнего пространства между ними не было, дабы зря не портить пусть и не очень дорогие, но имеющие свою цену вещи. Чтобы, грубо говоря, не испортить два меча, если можно обойтись одним. Очевидно, что проделать такие измерения можно было лишь экспериментальным образом, путем проб и ошибок.
Начал Денис с верхнего меча и первая атака пришлась в верхний край клинка в непосредственной близости от эфеса. Следующая точка приложения силы располагалась ближе к центральной оси лезвия, на линии направленной перпендикулярно вниз, следующая еще ниже и так далее.
В первой линии кратеров оказалось пять и они хоть чуть-чуть, но касались друг друга. Старший помощник сдвинулся немного вдоль лезвия по направлению к острию так, чтобы опять же, ударные кратеры не пресеклись и продолжил работу по определению оптимальной дистанции между ударными точками. Теперь он двигался снизу вверх.
По второй линии он провел три атаки и оказалось, что между кратерами оказалось слишком много свободного пространства, а вот в третьей линии, когда он снова двигался сверху вниз, как при работе с первой, было проделано четыре кратера и дистанция между ними оказалась минимально возможной. Оптимальное расстояние было найдено.
Видели когда-нибудь, как работает сверлильный станок-автомат вроде "Schmoll Maschinen"? Сверлильная головка скользит в двухкоординатной плоскости, потом застывает в нужной точке, опускается, сверлит, поднимается и движется к новой точке, где нужно проделать отверстие.
Если программа сверловки написана неряшливо, скажем так — индийскими программистами, то головка движется хаотично: влево, вправо, вперед, назад, ну и так далее, если же человеком хотя бы с минимальным понятием, то движения головки совершенно другие: она проделывает ряд отверстий, двигаясь последовательно слева направо, или наоборот, затем опускается, или поднимается — в зависимости откуда начался процесс, и начинает двигаться в обратном направлении справа налево, не совершая при этом ни малейшего лишнего перемещения.
Точно так же, с точностью и скоростью сверлильного станка-автомата, принялся работать старший помощник: выстрел; перемещение к следующей ударной точке, во время которого происходит формирование очередной "пули"; новый выстрел; перемещение… Процесс заворожил Дениса, как работа на конвейере — он даже впал в какое-то подобие транса, когда человек выпадает из окружающей реальности и для него значимым остается лишь выполнение какого-то действия, доведенное до автоматизма, а все остальное — не заслуживающий внимания фон.