Всю дорогу до "Голубой медузы" разобиженная Тира, надувшаяся, как мышь на крупу, молчала, зато Лира работала языком за двоих — имеется в виду разговаривала, а не что-либо иное. Из ее рассказа Денис понял, что "Медуза" является чем-то вроде клуба авторской песни. Но не только. Кроме бардов, которые поголовно стремятся туда попасть, но далеко не всем это удается, "Медуза" служила местом тусовки молодых мажоров, которым некуда девать золото, которым набиты их карманы.
Вот это золото и привлекало бардов, но попасть в "Медузу", если ты не мажор, можно было лишь в сопровождении мажора, или другого — признанного барда. Однако, как само собой разумеется, растить конкурентов дураков нет, поэтому в девяносто девяти случаях из ста новых бардов приводили мажоры.
Лира, в отличие от подруги, ни в чем предосудительном замечена не была, вела себя вежливо и доброжелательно, поэтому и старший помощник внимательно ее слушал… точнее говоря, делал вид, что внимательно слушает и даже кивал в нужных местах, когда та на мгновение замолкала и бросала на него пытливый взгляд, однако мысли Дениса были далеки от "Медузы" и ее обитателей. Старшему помощнику было пофиг, как на бардов, так и на мажоров.
А вот на кое-что другое было как раз очень даже не пофиг. Денис продолжал размышлять, как лучше всего решить проблему Ботона, чтобы и в горку влезть… ну и далее по тексту. Никаких новых идей на этот счет ему в голову не приходило, а старые, если выжать воду, сводились к известному афоризму то ли Наполеона, то ли Ленина, то ли еще кого: "Надо сперва ввязаться в бой, а там видно будет". План конечно неплох, но хотелось лучшего.
Некрасивых зданий в Золотом городе не было, не стала исключением и "Голубая медуза". Ресторан представлял из себя двухэтажное белокаменное здание с колоннами и портиками в греческом стиле, а название получил из-за крыши стилизованной под медузу, причем, что характерно, голубую. Подсвеченная магическими огнями, в сумерках она выглядела очень эффектно. Старший помощник первым выпрыгнул из ландо и галантно подал руку барышням, помогая спуститься. Высшие Целительницы отметили куртуазность Дениса благодарными улыбками.
Перед входом в ресторан… точнее говоря — около входа, так, чтобы не мешать проходу гостей имеющих право на посещение, клубилась толпа желающих попасть, но права на это не имеющих. После мимолетного взгляда, брошенного Денисом на эту компанию, в первую секунду ему показалось, что это какое-то воинское формирование. Такое впечатление было вызвано тем обстоятельством, что все члены этого "клуба" были одеты единообразно, будто под копирку.
В старинном, черно-белом, очень хорошем фильме "Золушка" с Яниной Жеймо в главной роли, был такой персонаж — мальчик-паж, помощник феи, с обязанностями прислуги за все, с фирменной фразой: "Я еще не волшебник, я только учусь", который надевал хрустальные башмачки на Золушку. Так вот, вся толпа, мечущаяся подле входа в "Голубую медузу", была одета а ля этот паж: коротенький камзольчик, пелеринка, беретик, обтягивающие лосины.
Единственное, что не позволяло отнести всех этих "мальчиков-пажей" к воинскому формированию, было то, что никакой цветовой унификации не было и в помине. У одного барда — а никем иным "мальчики-пажи" быть не могли, на что однозначно указывало наличие у каждого из них музыкального инструмента, похожего на банджо, висящего за спиной, лосины были синими, камзольчик красным, пелеринка зеленой, а беретик фиолетовым. У другого — беретик красным, камзольчик синим, пелеринка желтой, а лосины голубыми. Ну и так далее. Короче говоря — калейдоскоп.
Когда старший помощник, вежливо пропустивший своих барышень вперед, оказался в гордом одиночестве перед дверью, охраняемой могучим швейцаром богатырского роста и такого же телосложения, нарядным, как пиратский адмирал по версии Голливуда, наперерез Денису из толпы, словно чертик из табакерки, выпрыгнул молоденький бард, на вид уступающий в возрасте даже старшему помощнику, выглядящему определенным юнцом и бухнулся перед ним на колени.
— Многоуважаемый вышестоящий господин! — завопил бард. — Молю! Дай шанс!
— Ля шанс финаль, — ухмыльнулся Денис, припомнив Харламова с его кастингами. — Пошли! — улыбнулся он мальчишке и тот проворно вскочил на ноги.
Однако, как немедленно выяснилось, одного согласия старшего помощника на помощь в инфильтрации шустрого барда в "Голубую медузу" было мало. Путь нашей парочке преградил вышеупомянутый страж входа в Эдем, сколь горилообразный, столь и монументальный, со словами: