— Спасибо!
— Ну все! — командным тоном распорядился Денис. — Все посторонние темы потом, а сейчас у нас операция по принуждению детишек к миру. Веди нас Вергилий! — Что характерно, ни целительницы не стали узнавать, кто такой этот Вергилий, ни Ботон не пошел в отказ, что он никакой ни Ирхилий.
Бывшая тройка, превратившаяся в четверку, ведомая Ботоном, начала углубляться в Торговые ряды. Миновав их, компания оказалась в собственно Балтане, где и продолжила свой путь по его кривым и вонючим улочкам и переулкам. Несмотря на темень, не кромешную, но вполне себе глубокую, мальчишка уверенно вел вперед маленький отряд, как будто подобно старшему помощнику хорошо видел в темноте. Как с ночным зрением обстояли дела у целительниц Денис не знал, но предполагал, что всяко не хуже, чем у него — Высшие Целители они такие…
"Тени" обретались не только в Торговых рядах, хватало их и в городе, но вели они себя одинаково — сначала проявляли огромное желание познакомиться поближе, но с какого-то момента у них возникало не меньшее, если не большее обратное желание — не знакомиться никогда и ни при каких обстоятельствах.
Великолепная четверка не поощряла ни то желание, ни другое — предводительствуемая своим юным проводником, она уверенно продвигалась по маршруту, конечная цель которого была известна лишь ему одному (не считая, конечно же, старшего помощника), не обращая ни малейшего внимания на танцы с бубном, исполняемые аборигенами.
После очередного поворота, по глазам Дениса, привыкшим к темноте, ударил мечущийся свет факелов, укрепленных в стене над входом в какое-то заведение общепита и показавшийся в первый момент ослепительным. Через короткое время зрачки подстроились под новый уровень освещенности и старший помощник прочел надпись на вывеске, висящей над входом — "Старая коза".
Логотип заведения, так же присутствующий на вывеске, однозначно указывал на кого-то рогатого, но была ли это коза, причем старая, или не менее старый грат, или еще кто с рогами, сказать было трудно, но аборигенам не отягощенным поголовной грамотностью и обостренным чувством прекрасного, привитого в каком-нибудь образовательном учреждении, типа школьного центра при Эрмитаже, изображение могло даже и нравиться. По крайней мере, Денис себе такое вполне допускал.
Никакой охраны у дверей не было, что с одной стороны, вроде бы, свидетельствовало о полном разгильдяйстве Детишек — как можно не поставить не только пост при входе в штаб-квартиру, а даже швейцара!?! но с другой, если немного подумать, не свидетельствовало ни о чем. Дело было в том, что Детям некого было бояться.
Мелкую и среднюю рыбешку они контролировали сами, а крупная знала, что их крышует городская стража и на рожон не полезла бы — дороже будет. Вот они и расслабились, полагая, что находятся на вершине пищевой цепочки. Кстати говоря, именно такое заблуждение часто приводит к катастрофе различные структуры и организации, не говоря уже про отдельных высокопоставленных людей.
— Здесь они собираются, — коротко доложил Ботон.
— Ну, здесь — так здесь, — зло ощерился Денис. — Сейчас небольшой сеанс черной магии, с последующим ее разоблачением и займемся непосредственно делом! — объявил он. Что характерно, ни мальчишка, ни барышни никакого удивления при этих словах не проявили и никаких объяснений не потребовали — будто так и нужно, а Денис продолжил, обращаясь к девушкам: — Держите меня под руки! — распорядился он и уточнил: — Крепко, но нежно! — на что те задорно улыбнулись.
"Весело им! — недовольно буркнул внутренний голос. — Будто развлекаться идут, а не на боевой выход!"
"Ну-у… с их точки зрения скорее да, чем нет…" — раздумчиво отозвался старший помощник, на что голос лишь что-то неразборчиво проворчал, а Денис поднял в воздух Астрального Лазутчика.
Конечно же это можно было сделать и без поддержки Тиры и Лиры, которые, несмотря на хрупкий вид, обеспечивали стопроцентную устойчивость Дениса — так наличие авианосца обеспечивает устойчивость корабельной группировки и гарантировали его тело от падения, но в таком случае нужно было выходить в кадат и хоть немного, но тратить этот, без всяких оговорок, драгоценный ресурс, хотя можно было этого не делать.
И именно этого микроскопического кусочка кадата могло и не хватить в решающий момент, когда будет определяться, кто будет жить, а кто нет. Да и Госпожа Удача очень негативно относится к тем, кто полагается лишь на нее, а не предпринимает все возможное со своей стороны, чтобы добиться успеха — как правило, она лишает таких людей своего расположения. Исходя из вышеперечисленных соображений, рисковать с невынужденной тратой кадата старший помощник не собирался.