Занятый своими, весьма приятными, тактильными ощущениями, Жердь не сразу ощутил, что фестивальная обстановка в "Старой козе" изменилась — как будто откуда-то от входной двери потянуло холодом. С каждым мгновением это ощущение усиливалось и игнорировать его в какой-то момент стало невозможно — Жердь оторвал свой взгляд от пухлой девичьей груди, которую, словно опытный маммолог, сосредоточенно мял и повернул голову к двери.
С этого момента его больше не волновали ни прелести случайной подружки, ни торжество от победы над Бобром с разгромным счетом, ни его рейтинг среди десятников, ни что-либо иное, потому что он увидел двух Богинь! И оторвать от них взгляд он уже не мог. Всех Богинь объединяет одно — все они ослепительно красивые, а вот во всем остальном они разные. И самое главное различие между ними — злые они, или добрые, опасные, или нет.
Две Богини, стоявшие возле входной двери были не просто опасными, а смертельно опасными — их красота была красотой наточенного до бритвенной остроты меча, застывшего у твоего горла. Жердь всеми фибрами своей души ощущал, что если случайно обратит на себя их внимание, то он больше не жилец, но это отнюдь не самое страшное — откуда-то он знал, что посмертие ему будет уготовано не лучше, чем если бы его целую вечность жарили живьем, или варили.
Откуда к нему пришло это знание Жердь не знал, но он был твердо уверен, что это истина в последней инстанции. Когда Богини медленно двинулись вдоль столов, Жердь хотел оторвать от них взгляд, убрать глаза и зажмуриться, или, на худой конец, вперить взор в пол, но не смог этого сделать — его взгляд следовал за Богинями, как привязанный.
Вернувшись ко входу, Богини "отпустили" Жердя и он с огромным удивлением узрел, что они были не одни — их сопровождали два человека: юноша и мальчишка. Ни того, ни другого Жердь не знал, ничего особенного они из себя не представляли — обычный юноша, правда богато одетый, а пацан так вообще похож на беспризорника, болтающегося по Торговым Рядам, в компании таких же оборванцев, и как они сумели затесаться в свиту Богинь было совершенно непонятно. Еще более непонятной и честно скажем — страшной, ситуация стала тогда, когда юноша заговорил:
— Мы будем очень недовольны, если кто-то обидит нашего друга Ботона, — сказал он приобняв мальчишку за плечи. — У меня и моих подруг много дел и мало свободного времени, — продолжил юноша, — но мы обязательно найдем время и вернемся, если такое произойдет.
Завершив свою короткую речь и не дожидаясь вопросов и реплик из зала, юноша развернулся и шагнул к двери. За ним последовал мальчишка, а завершали процессию Богини.
— Глава 13
— Спасибо! — Ботон низко поклонился Тире, потом Лире, потом Денису — понимал стервец у кого реальная сила, а у кого только ее тень.
Впрочем, старший помощник в обиде на него за это не был — сам чувствовал будто рядом с ядерными реакторами тусуется. Как ни крути, а старший золотой Искусник — это не совсем человек и стоит на секунду об этом забыть, купившись на его вполне себе человеческую внешность, причем очень красивую внешность, как он бац!!! — и напомнит каким-нибудь своим действом, что на обычного человека похож только внешне.
Это, как компьютеры, ноутбуки, телефоны, или какие иные высокотехнологичные девайсы — по внешнему виду никак не отличишь устройство с процессором Intel Pentium 66 внутри от устройства с процессором AMD Ryzen Threadripper PRO 7995WX, а по быстродействию эти процессоры отличаются в восемнадцать тысяч раз. Восемнадцать тысяч, Карл!
Так и с Искусниками. Наверное… По крайне мере Денис именно так представлял себе разницу между младшим медным и старшим золотым Искусником. Конечно мог и ошибаться — точных количественных данных взять было неоткуда, но ощущения были именно такими.
— Пойду я наверное… — вздохнул Ботон и добавил просительно, — если можно…
— Ты можешь делать все, что хочешь, — взял слово старший помощник, — но я бы на твоем месте на пару-тройку дней затихарился и только потом вышел в свет.
— Почему? — живо заинтересовалась Тира. — Дети, — она кивнула на вход в "Старую козу", — знают, что Ботон под нашей защитой…
— Да, действительно… — подхватила Лира. — Зачем ему прятаться?