— Затем, — поморщился Денис, как бы досадуя, что приходится объяснять прописные истины, а он не нанимался учителем в коррекционную школу для особо одаренных детей с дефектом речи и что его посылы надо воспринимать налету, без дополнительных разъяснений и комментариев, — что всякой мрази в Торговых рядах хватает и без Детей и надо, чтобы информация о высоких покровителях Ботона дошла до всей этой публики! Ферштейн!? — строго посмотрел он на Высших Целительниц.
— Ферштейн… — смущенно и вразнобой отозвались они.
— А как дойдет-то?.. — задумчиво протянул Ботон. — Вряд ли Дети станут рассказывать…
— Дети не станут, — подтвердил старший помощник. — А вот повар, поварята и подавальщицы обязательно растрезвонят. Я так думаю. А может еще кто в зале был из нейтральных… — задумался Денис. — Да тот же трактирщик, что на Льва Толстого похож! — припомнил старший помощник.
— Ты такой умный! — улыбнулась Лира, причем было совершенно непонятно — прикалывается она, или же действительно говорит, что думает.
Тира же, со своей стороны, лишь поморщилась, как бы говоря этим, что является непримиримой противницей неприкрытой лести, но никаких комментариев озвучивать не стала, видимо помятую об уже полученном предупреждении и не желая получить второе.
"Рыжая у нас непременно бы феминисткой заделалась!" — недовольно проворчал внутренний голос.
"Не факт, — возразил, правда без особой уверенности, Денис, — могла и обычной стервой быть! Как и здесь!" — ухмыльнулся он.
"А вообще обратил внимание, что эта троица весь спектр покрывает, — принялся философствовать голос. — Лира — мягкая, добрая; Кира… скажем так — нормальная, а Тира — еще та зараза. Именно что — первостатейная стерва!"
"Ну, а что? — мысленно пожал плечами старший помощник, — мужики таких любят — так чего бы ей не быть?"
— А кто такой Льва Толстого? — заинтересовался Ботон. — Судя по двойному имени, Друг, Погонщик, или Хозяин… — продолжил рассуждать он, показывая неплохое знание магической иерархии, принятой на Далеких Островах.
… серебряные Искусники…
— А вот какой стихии непонятно… — мальчишка решил прояснить все досконально.
Денис задумался. Правду говорить было не с руки; отмахнуться — некрасиво, будто щенок подошел тебя обнюхать, а ты его пнул; надо было что-то придумать более-менее правдоподобное, чтобы потом не было стыдно перед самим собой за ответ.
— Менталист, — озвучил результаты коротких раздумий старший помощник.
"Схуяли?!" — удивился голос.
"Элементарно Ватсон! — снисходительно улыбнулся Денис. — Раз писатель, значит что? — задал он риторический вопрос. — Значит глаголом жжет сердца людей! Так?"
"Ну-у… так… — был вынужден согласиться голос. — Хотя нет! — спохватился он. — Это вроде про поэтов сказано, а Толстой писатель!"
"Каких, нахрен, поэтов? — досадливо поморщился старший помощник. — Ты же, вроде, много читаешь? А? Читатель хренов!"
"Я много читаю!" — обиженно надулся голос.
"Если бы ты много читал, — насмешливо фыркнул Денис, — то знал, что это из стихотворения Пушкина `Пророк', читатель хуев!"
"Ну вот! — воспрял голос. — Значит это не про писателей и даже не про поэтов, а про пророков!"
"Каждый писатель и поэт, если они настоящие писатели и поэты, конечно же, а не всякая шелупонь — тоже в своем роде пророки!" — безапелляционно заявил старший помощник.
"Ну-у… фиг знает…" — заюлил голос.
"Я не знаю, что знает фиг, — решительно оборвал его Денис, — но хорошо знаю из курса биологии, что на самом деле глагол жжет не сердца, а мозги! Так? Надеюсь не будешь спорить!?"
"Так…" — вынуждено согласился голос, правда очень неуверенно. А согласился видимо по той единственной причине, что никаких контраргументов у него не было.
"А раз жжет мозги — значит менталист!" — торжествующе закончил Денис.
"Глубоко копаешь…" — уважительно протянул голос, признав правоту носителя, а точнее говоря — невозможность ее опровергнуть.
— Ну ладно, — вздохнул Ботон, — тогда я обратно в свою берлогу, — судя по всему, торчать на "конспиративной квартире" нравилось ему не сильно, а скорее всего — сильно не нравилось, но, когда существовала единственная альтернатива: или прятаться, или попасть в лапы Детей, то особого выбора не было — попала нога в колесо, пищи, но беги, а вот теперь, когда опасность со стороны Детей вроде бы исчезла, возвращаться в заброшенную хибару ему сильно не хотелось. Но… надо Федя! Надо!
— Еще пару дней посижу… — снова вздохнул парень.