"Экий ты мелочный, брат!" — лениво заметил голос.
"Было дело, — не стал отпираться старший помощник. — Но я стал лучше!"
"Это вряд ли… — не согласился голос. — Ты просто перерос тот уровень…"
Денис хотел было поспорить, даже стал подбирать аргументы, но в какой-то момент прекратил это занятие — ему стало лениво, да и вообще так хорошо было спокойно сидеть на отшибе — никто не беспокоит, теплая ночь, мохнатые звезды перемигиваются над головой, свежий воздух, вкусная еда под боком, напитки на любой вкус — что еще нужно человеку для счастья!? — ничего! Будет он еще с внутренним голосом дискутировать, настроение себе портить — перебьется паршивец. Но голос не унимался:
"Ты выродок!" — безапелляционно объявил он.
"Схуяли!?!" — чуть не подавился коньяком старший помощник.
"Ты Антуана де Сент-Экзюпери уважаешь?" — вопросом на вопрос ответил голос.
"Ну-у… так… — осторожно отреагировал Денис, не зная, какой подвох готовит внутренний паршивец. А то, что готовит было очевидно и безоглядно соглашаться было бы опрометчиво, хотя с другой стороны и не согласиться было невозможно, потому что французского летчика-писателя, или писателя-летчика — неизвестно, как правильней, старший помощник вполне себе уважал. — За тех, кого приручил в ответе…" — аккуратно признался Денис, ожидая ловушку, которую приготовил голос. И дождался.
"Я про другое! — насмешливо протянул голос. — "Единственная настоящая роскошь — это роскошь человеческого общения" — это его слова! А ты общаешься только с бабами, да и то — чисто из физиологических соображений!"
"Ну уж нет! — встал на дыбы Денис, которого всерьез задели слова голоса. — А как же Ботон, Холдол, да та же Тарения с Кирой и Гудмундун!.." — но уже по мере перечисления старший помощник стал осознавать шаткость своей позиции, которую тут же озвучил голос:
"Ты ни перед кем не открывал душу и тебя, на самом деле не интересовали настоящие переживания всех этих людей!"
"А Батон!?" — запальчиво возразил Денис.
"Ты просто исправил свой косяк, — пожал несуществующими плечами голос. — Из-за тебя он попал в историю и ты его вытащил. И все!"
"А Шэф!!? — привел последний аргумент старший помощник. — С ним нормальное человеческое общение было!"
"С твоей стороны может быть, — покачал отсутствующей головой голос. — А с его? Много ты про него знаешь? Вот то-то и оно…"
Осознавать правоту голоса было неприятно, но врать самому себе еще хуже и Денис попытался найти компромисс:
"Я интроверт!" — буркнул он.
"Хорошо, что не толераст, — ухмыльнулся голос. — Но это ненормально, что тебе хорошо одному. Как ни крути, а человек животное общественное. Человеку общение нужно!"
И тут старший помощник призадумался. Подсознание, рупором которого выступал внутренний голос, было во много право — ему действительно хорошо было одному. Нельзя сказать, что Денис кайфовал от одиночества, но ему было вполне комфортно, не было ни малейшего желания изливать кому-то душу, или же слушать подобные излияния.
Похоже было на то, что кочевой образ жизни и привычка полагаться только на себя несколько модифицировали психику старшего помощника. Никакой опасности Денис в этом не видел, но голос почему-то заволновался.
Старший помощник решил на досуге, буде такой появится, более тщательно обдумать опасения, высказанные голосом, а пока выкинул их из головы и собрался продолжить наслаждаться одиночеством, да только ничего из этого не вышло, потому что оно было нарушено. К старшему помощнику неторопливо, можно сказать — вкрадчиво приблизился один из мажоров — среднего роста, немного полноватый, что нисколько его не портило, с приятным округлым лицом.
— Не помешаю? — вежливо осведомился мажор, останавливаясь около кресла, в котором восседал Денис.
— Ничуть! — вежливо улыбнулся старший помощник. — Присаживайся!
"Да ты почетный лицемер!" — хохотнул голос.
"Замри, чучело!" — строго одернул его носитель, чтобы паршивец не забывал, кто в доме папа!