- Понятно... - протянул старший помощник. - Хотя нет - непонятно! - встрепенулся он. - Вы на мой вопрос не ответили - почему у себя не устраиваете?
- Потому, - с терпеливыми нотками в голосе, каким разговаривают домашние учителя с детьми из состоятельных семей, в которых вышеупомянутые детишки страдают задержкой развития из-за абсолютной вседозволенности, отозвалась Тира, - что для обустройства такой вечеринки нужно много слуг, а у нас их нет. Мы живем одни, нам много не надо.
"А вот интересно, - вдруг подумал Денис. - Почему ни у одной из них нет семьи?"
"У Киры же вроде была..." - несколько неуверенно отозвался голос.
"Был муж, а про семью ничего не известно!" - аргументировано возразил старший помощник.
"Хочешь спросить?" - с ухмылкой подначил голос.
"Нет! - твердо отказался Денис. - Это уже будет не смешно. Да и вообще - меньше знаешь, крепче спишь!"
"Поддерживаю! Нехрен лезть в личное пространство!"
Атмосфера в парке за счет многочисленных магических фонарей, сиявших всеми цветами радуги и очень неплохого оркестра, наяривавшего что-то бравурно-зажигательное, а самое главное - толпы молодых и красивых людей, жадных до жизни и развлечений, и так была абсолютно фестивальной, а уж когда одна часть этой толпа расселась за несколькими, близко сдвинутыми, столами и принялась есть, пить, смеяться, а точнее говоря - ржать, как лошади и общаться, причем каждый с каждым, размахивая руками и перекрикиваясь, вторая часть начала отплясывать, а третья - сбившись в тесный кружок о чем-то азартно сплетничать, не обращая внимания ни на еду ни на танцы, то градус веселья вырос еще больше.
Тира с Лирой чувствовали себя на автопати, как рыбы в воде. Они этим праздником наслаждались - Тира активно общалась с компанией подруг, а прекрасная блондинка зажигательно танцевала с каким-то смазливым юношей, который страстно нашептывал ей что-то на ушко, видимо предлагал бросить к ее ногам весь мир за ночь любви.
"Ну прям Нотр Дам де Пари, - цинично ухмыльнулся голос: - Я душу дьяволу продам за ночь с тобой!" - безбожно фальшивя пропел он.
"Ничего странного в этом тексте не замечаешь?" - лениво полюбопытствовал старший помощник.
"Имеешь в виду, что больно высока цена за обычный секс?" - предположил голос.
"Нет, - покачал головой Денис. - Меня непонятно, кто именно продавец..."
"Не понял!" - честно признался голос.
"Давай на примере, - начал объяснять старший помощник. - Есть автомобиль, которым управляет водитель. Автомобиль - это мясной костюм, который мы привыкли считать человеком, но на самом деле человек - это бессмертная душа, которая носит мясной костюм, стареющий со временем и превращающийся к концу жизни в лохмотья, или же, как в нашем примере, человек - это водитель, который управляет машиной. И получается, что костюм хочет продать человека, или же машина собирается сделать это с водителем за ночь любви. Как-то у меня это не вяжется..."
"Глубоко копаешь!" - вернул комплимент носителю внутренний голос.
"А то! - ухмыльнулся Денис. - Чай не лаптем щи хлебаем!"
Сам же старший помощник, к огромному своему сожалению, чувствовал себя чужим на этом празднике жизни. Присоединиться к какой-либо из вышеупомянутых трех групп его не тянуло, потому что хаотичное общение его не привлекало, танцевать он не любил, а сплетничать терпеть не мог, в то время как Тира именно этим с упоением и занималась, что-то рассказывая обступившим ее девушкам, которые внимали ей, как пифии Дельфийскому оракулу, а Лира самозабвенно отплясывала.
Поэтому Денис решил найти свой - четвертый путь и попытаться разыскать островок спокойствия в этом бушующем море жизни, на котором он мог бы беспрепятственно лелеять свою неземную... в смысле - небатранную меланхолию и мизантропию. И такой островок в виде пустого столика на четверых, равноудаленный от всех трех групп народонаселения, нашелся. Туда-то старший помощник и направил свои стопы.
Долго страдать... или наслаждаться одиночеством Денису не удалось. Кстати, насчет страдания, или наслаждения от одиночества - эти чувства всецело зависят от образа жизни человека. Прыщавый ботан, жаждущий любви, ну-у... или же, по крайней мере, секса, от одиночества страдает, а тот же ботан, но уже повзрослевший, избавившийся от прыщей и ставший знаменитым бардом, наслаждается одиночеством, невероятно устав от поклонников и поклонниц и мечтает хоть немножко побыть наедине с самим собой. А человек один и тот же.
Что касается старшего помощника, то он находился в состоянии устойчивого равновесия, как электрон на дне потенциальной ямы - он не страдал от одиночества и не наслаждался им, а был спокоен и умиротворен, как спящий Будда.