"Ну, и какие такие услуги, – размышлял Витус, – которые не может обеспечить Гильдия Магов, могу оказать я? – Он задумался и переформулировал вопрос. Как любой практикующий ученый, Витус знал, что правильно сформулированный вопрос – гарантия правильного ответа. – Нет, не так. Какие услуги они могут от меня потребовать? – Он нахмурился. – Потребовать могут, все что угодно… – с грустью констатировал маг. – Есть чем надавить. Наверняка они уже раскопали наш мезальянс с Алфеосом, – вздохнул он, снова ошибаясь. – И будут шантажировать Свэртом. – Он поежился – в болота, или в тюрьму не хотелось. Особенно после долгой и вполне себе обеспеченной жизни в благословенном Бакаре. – Итак, что им может от меня понадобиться? Первое, что приходит на ум – армейские боевые артефакты, запрещенные к распространению. Могут они понадобиться ночным? – Могут. Может он их сделать? – Может. И они об этом знают. – Витус, во время своей службы у Филиппа Грейнхолана никогда не скрывал, что его базовая специализация – артефактостроение. И мафиози об этом были прекрасно осведомлены. – Но, это путь в никуда – один раз согласишься и будешь у них на крючке до конца жизни. А если отказаться? – Настучат Свэрту, или убьют. Хотя… – Витус хищно ощерился. За эти годы он очень далеко ушел от своих более удачливых коллег, почивающих на лаврах, в деле артефактостроения. И защищен был, пожалуй, не хуже боевого мага, а то и получше. – Так что, убить – это вряд ли, а наябедничать могут. Ладно, – оборвал он грустные мысли. – Рассуждаем дальше. Что еще Гистас может у меня потребовать? Что-нибудь из некромантских практик. Может? – Может. Кладбище поднять, или сгнившего покойника допросить, – усмехнулся он, несмотря на сложность момента. – Они же тупые, они думают, что если ты маг, то тебе все равно – мертвецов поднимать, или живых исцелять. Тупое быдло! – Витус с отвращением скривился. – Ненавижу! – Но тут же взял себя в руки. Момент, для проявления эмоций был не совсем подходящим. Вернее – совсем не подходящим. Голову нужно было сохранять холодной. Если бы у Витуса, к тому же были бы чистые руки и горячее сердце, он вполне мог бы кроме нелегальных магических практик, подрабатывать еще и чекистом. Но это так – к слову. – Что еще? – напряженно думал Витус. – Что еще им может понадобиться? – Ничего путного в голову не приходило, но вдруг его будто шилом кольнуло в сердце. Озарение было весьма неприятным. – Демона вызвать!?? – подумал он и сам испугался этой мысли. Такие мысли попахивали Братством Света, а это знаете ли чревато! Причем костром! – Ладно, – пришел к окончательному выводу Витус, – обложили меня, судя по всему плотно, – за время поездки он засек еще шесть шпионов, сделавших стойку, едва его заметив, – так что пока дергаться не будем. По-тихому не оторваться. Посмотрим сначала, что Гистасу от меня надо, а там решим…"
*****
Сердце у Змея, когда он приближался к столику, за которым расположился маг, от волнения колотилось так, что он чувствовал его удары о грудную клетку. Крайне неприятное ощущение. Крайне. А еще он боялся. Он! – боявшийся последний раз в далеком детстве, когда повстречался с Червяком, и навсегда избавившийся от этого чувства, когда полумертвым валялся на свалке, где его подобрали нищие, разве что не дрожал при мысли, что морская ведьма ошиблась и что Искусник не поможет.
Обойдя столик с Витусом Иддером по широкой дуге, чтобы не подходить со спины – это могло вызвать инстинктивную негативную реакцию, а Гистас не хотел рисковать даже в таких мелочах, он с трудом изобразил вежливую улыбку и заговорил, тревожно вглядываясь в безмятежное лицо мага. Знал бы он каких усилий стоило тому изображать эту безмятежность, может и самому стало бы полегче.
– Доброе утро! Меня зовут Гистас Грине. У меня к тебе очень важное дело. Ты разрешишь мне присесть? – И столько робости, скрытой и явной, было в этом вопросе, что Витус мгновенно успокоился. Не похоже было на то, что на него собрались наезжать. Абсолютно не похоже.
– Прошу, – маг сделал приглашающий жест.
Как только Змей устроился напротив Витуса, рядом с ним, словно из воздуха, возник официант, одетый в веселенькую униформу "Радуги", пеструю как флаг гей-парада. Где он скрывался до этого момента, было абсолютно непонятно. Ну, что тут скажешь? – школа! Высокий класс! Обслуживающий персонал в "Радуге" был вышколен, как куклачевские кошки и незаметен, как подводная лодка на боевом дежурстве. Как только Змей отрицательно помотал головой, официант дематериализовался с той же скоростью, что и материализовался, то есть – мгновенно. Докучать посетителям в "Радуге" было не принято.