Гистас помолчал пару секунд, глядя в стол и собираясь с мыслями, потом поднял взгляд и заговорил, пристально глядя в глаза Витусу. Говорил он короткими, явно приготовленными загодя, фразами:
– У моей дочери белокровие. Я пригласил Свэрта Бигланда. Он сказал, что исцелить не сможет. Что магия и наука бессильны. Однако, люди мне сказали, что может помочь нетрадиционная медицина. Я вышел на морскую ведьму Оресту Элату. Она указала на тебя.
Брови мага удивленно приподнялись:
– Странно… я ее не знаю, никогда с ней не встречался. Она назвала мое имя?
– Нет. В гадательном шаре появился твой портрет. Потом она перенесла его на платок.
– Гадали на крови?
– Да. – Змей немного помолчал, а потом как в ледяную прорубь прыгнул. – Ты ее вылечишь?
Тишина повисла над столом. Теперь уже маг уставился в стол и задумался. Молчал он не очень долго, но для Гистаса прошла вечность.
– Дело обстоит так, – наконец заговорил Витус. – Я знаю, как лечить подобные болезни – читал как-то в одном старом трактате. Но, не умею – никогда не пробовал. Ты ведь представляешь разницу между знать и уметь?
– Да, – глухо отозвался Змей. Он хорошо представлял разницу между знать и уметь. Для нас самый простой пример – выпускник автошколы – он знает правила дорожного движения (в идеале), знает, как переключать передачи, давить на газ и тормоз, но ездить не умеет. А Гистас, все мысли которого были направлены только в одну сторону, подумал о целителях, что магах, что бездарных, которые прежде чем начать исцелять, оставляют за собой маленькое кладбище – почти как киллеры.
– А ты не знаешь кого-нибудь, кто умеет? – с едва теплящейся надеждой в голосе спросил Змей. Он прекрасно понимал, что если бы такой человек был, то скорее всего, именно его изображение появилось в гадательном шаре. Но, утопающий хватается за соломинку.
– Нет, – покачал головой маг. При этом он не изображал лицом, как он расстроен, что не может помочь такому замечательному и уважаемому человеку, как глава Ночной Гильдии, не было в нем никакого подобострастия и робости, да и участия особого, честно говоря, и того не наблюдалось. Так – угрюмая сосредоточенность профессионала, общающегося с заказчиком. И это, как ни странно, вселило в Змея надежду.
– Ты вылечишь ее?
… да-а-а… если девчонка умрет придется бежать…
… и не откажешься… – хуже будет…
… если выживу, надо найти эту сучью ведьму… познакомиться…
– Я могу попробовать, но… – Витус слегка развел руками.
– Без гарантии… – уточнил Змей.
– Именно так. И еще… дело это непростое и опасное, – Витус сделал паузу, а Гистас согласно покивал. Маг имел в виду опасность непосредственно для себя – было очевидно, что взявшись за лечение, но потерпев фиаско, он наживет могущественного врага в лице главы "Союза" и соответственно – всей Ночной Гильдии. Что имел в виду Змей, когда согласно кивал, было неизвестно, но он был согласен с тезисом мага. – Так вот, – продолжил Витус, – оплата должна быть соответствующей.
– Сколько?
– Лицензия бакарской Гильдии Магов.
Гистас ответил после небольшой паузы и магу это понравилось. Понравилось, что он не сразу дал согласие – в его положении можно было давать любые обещания, а потом начинать думать выполнимы они, или нет. А если человек медлит, значит он сначала думает, а потом говорит.
– Я сделаю все что возможно и невозможно, но…
– Без гарантии… – повторил слова Змея Витус.
– Да.
– Согласен.
– Хорошо. – Решение было принято. Оставалось его реализовать, и поведение Гистаса мгновенно изменилось. Он вновь стал главой "Союза" – собранным, спокойным и чрезвычайно опасным. Глаза похолодели, в них загорелся привычный огонек, взгляд затвердел. – У тебя все есть, чтобы начать работать?
– Нет, не все. У меня нет главного ингредиента – "Пирамиды Света".
– Где можно взять?
– "Пирамида Света" – мощный и очень редкий артефакт. Накапливает магию… – Витус собрался было развить мысль, но Змей перебил: