– И я того же мнения, – нехорошо улыбнулся Шэф. – Поэтому, исходя из того, что в нашей карете находятся значительные материальные, – он сделал паузу, – и не только! ценности, я назначаю коллективную ответственность! – Маги и гвардейцы слушали молча и внимательно и Денис снова подивился сюрреализму этой картины – тридцать Имперских Гвардейцев и пятеро боевых магов реально боялись одного человека! – Если из кареты что-нибудь пропадет, я с вас со всех шкуру спущу! Живьем. – уточнил командор низким, инфернальным голосом от которого даже у Дениса мурашки промаршировали по коже. – Разбираться не буду, кто спер. Так что следите друг за другом в четыре глаза и не приведи вас господь! Веди, – повернулся он к распорядителю и первым шагнул к крыльцу. Толпа двинулась следом, но, как отметил Денис, несколько гвардейцев остались около кареты.
Для допроса был подготовлен малый банкетный зал. Посередине квадратного помещения стоял длинный стол, за которым расположился командный состав комиссии, по другую сторону стола находились два кресла, предназначенных компаньонам. Все было чинно и пристойно, за исключением того факта, что ровно посередине стола проходило мощное защитное плетение, наглухо делящее помещение пополам. Как говорится: ни компаньонам к комиссии, ни комиссии к компаньонам.
Ведомые «вороном», Шэф с Денисом, подошли к предназначенным для них креслам, плюхнулись в них, немножко повозились, устраиваясь поудобней и стали молча разглядывать сидящих перед ними комиссионеров. Те тоже не спешили открывать рты и молчание стало затягиваться.
– Ну, и чего эти пидоры молчат, – не выдержал Денис. – Думают вывести нас из равновесия?
– Наверное… – зевнул Шэф.
Реакция на этот невинный обмен мнениями была совершенно неожиданной и она же сдвинула процесс общения с мертвой точки.
– Не сметь разговаривать на иностранном языке в присутствии высокой комиссии! – внезапно, как резаный, заорал брат Ульрих Роттенау.
Долгое словесное воздержание давалось ему с трудом – привык подлец непрерывно звиздеть, а тут был вынужден довольно долго помалкивать, вот и накопились в нем запасы словесного дерьма в промышленных масштабах. Но, надо честно сказать, что для выплеска негатива он выбрал неудачное время и неудачное место.
– Сам укоротишь придурка, или мне? – лениво поинтересовался Шэф.
– Сам.
Денис сдвинул точку сборки в положение «Смерть», пристально уставился на брата Роттенау, отчего тот явственно побледнел и медленно заговорил:
– Если ты, лягушачья отрыжка, еще раз посмеешь обратиться в таком тоне ко мне – Князю Великого Дома «Полярный Медведь», или же к Лорду Атосу, я вызову тебя на дуэль и убью самым мучительным образом. – Произнеся этот незамысловатый текст, Денис улыбнулся Ульриху, отчего того передернуло. – Это в том случае, если ты аристократ, – продолжил Денис, причем в его тоне звучали большие сомнения насчет благородного происхождения брата. – А если нет – повешу на первом же подходящем дереве. Лучше всего на осине, – зачем-то уточнил Денис. На бедного брата было больно смотреть – он стал походить на мухомор – на красной роже выделялись какие-то белые пятнышки. Видок был неприглядный до чрезвычайности.
«А нечего было пиздеть, – мстительно подумал Денис. – За язык никто не тянул!»
– Если в комиссии все такие придурки, – демонстративно, по-русски заговорил Шэф, – им собственную задницу не найти, не то что, разрушителей консульства.
– Это точно! – поддержал верховного главнокомандующего старший помощник, с наглой ухмылкой разглядывая командный состав комиссии. Но, как вскоре выяснилось, не все в комиссии были придурками. Отнюдь, не все.
– Лорды, – заговорил поджарый брюнет с ястребиными желтыми глазами. – Я – Квинтилиан Магн Гранд-Аудитор Имперской Канцелярии, начальник комиссии по расследованию обстоятельств уничтожения консульства Высокого Престола в Бакаре. В процессе следствия у меня возникли некоторые вопросы, ответы на которые я бы хотел получить от вас.
– Мы тебя внимательно слушаем, – Шэф был сама вежливость.
– Скажи пожалуйста, зачем вы уничтожили консульство? – очень спокойно и доброжелательно поинтересовался Квинтилиан.
– Мы? – поднял брови командор. – Насколько я знаю, консульство было уничтожено каким-то некромантским плетением, а мы с Арамисом отнюдь не маги. Так что… – он развел руками.
– Все правильно, «Черная Жатва» тоже поучаствовала, но только, как защитная реакция. У вас с Лордом Арамисом был мотив и возможность совершить это… – Гранд-Аудитор замялся и вместо слово «преступление» использовал эвфемизм, – действие. – Заминка не осталась незамеченной компаньонами.