Старший помощник решил применить систему коллективной ответственности, принятую в римской армии, но, несколько модернизированную. Там накосячевшее подразделение разбивали на десятки, затем каждая десятка кидала жребий и бедолагу, на которого он выпадал, казнили. Вдобавок силами самой десятки… Можете себе представить ощущения людей, забивших насмерть собственного боевого товарища, с которым делили все опасности и тяготы военной жизни.
В результате коротких, но интенсивных размышлений, Денис пришел к выводу, что такие моральные терзания – это уже перебор, и пошел на кардинальное смягчение наказания. Старший помощник довел до сведенья прислуги, что если он останется недоволен результатами клининга, то будет наказана вся шестерка – чтобы никому не было обидно. Вне зависимости от того, кто за чем и за кем следил и кто за чем и за кем не уследил. Причем по всей строгости революционных законов.
Это уточнение повергло в трепет не только «присматривающих», но и всех остальных присутствующих, которые после выделения из общей среды «присматривающих», автоматически стали «работающими». Неизвестность всегда пугает, а что такое революционные законы, да еще примененные по всей строгости, не было известно никому. Но, испуг шестерки домашних слуг не шел ни в какое сравнение с испугом всех остальных. Ведь козе понятно, что если своих слуг ужасный Лорд Арамис – один из убийц страшного Змея, накажет по всей строгости революционных законов, то что же он сделает со всеми остальными!?!
Вот так – невольно, сам того не желая, Денис ввел собравшихся в заблуждение, представ в их глазах то ли Алешей Поповичем, то ли Добрыней Никитичем, то ли Ильей Муромцем, короче – тем, кто одолел Тугарина Змея. Хотя… знай они, что главу Ночной Гильдии убил Лорд Атос, а Лорд Арамис просто-напросто перебил всю остальную охрану, то вряд ли его стали бы бояться меньше. Так что, пожалуй, никакого обмана, даже невольного, не было.
В следующую выборку попали семь полных и одышливых, которым было поручено собрать все части тел, разбросанных по территории, засыпать все лужи песочком, чтобы и следа не осталось, а кроме того отдраить полы в доме, там где они заляпаны кровью. Оставшиеся восемь лбов, напоминавших телосложением одесских амбалов, были отправлены на погрузо-разгрузочные работы – транспортировку жмуриков в телеги. Домашним слугам было строго-настрого запрещено прикасаться к трупам и фрагментам тел – только присматривать и руководить! Денис понятия не имел, через сколько времени появляется трупный яд, или еще что-нибудь столь же «приятное» и рисковать не желал. Береженого Бог бережет. Естественно, сделано это было не от излишнего человеколюбия, как кто-то сгоряча мог бы подумать, и не от внезапно вспыхнувшей симпатии к «домашней шестерке», а чтобы не принесли в дом какую-нибудь заразу. Наконец, на картину был нанесен последний штрих – все сотрудники были предупреждены о коллективной ответственности, о безусловном выполнении всех приказов «присматривающих» и работа закипела.
Решив все организационные вопросы, Денис с чистой совестью направился в дом, чтобы перекусить. Организм настоятельно требовал своего – кишки и желудок совсем уже наплевали на все приличия и кидали голодные взгляды на печень и селезенку. Причем, кишки взглядами не ограничивались, а совсем распоясались – не только напевали какую-то затейливую мелодию, а вполне себе в открытую танцевали, внаглую отплясывая то ли джигу, то ли «Вальс Бостон», то ли что-то очень на это похожее.
Где находится кухня старший помощник знал, туда он и направился, справедливо полагая обнаружить там что-нибудь съестное. Но, это только у «Газпрома» мечты сбываются, а вот в реальной жизни – не всегда. Готовой еды, к огромному своему сожалению, Денис не нашел. Нет, разумеется, ингредиенты для приготовления вкусной и здоровой пищи присутствовали в полном ассортименте, как то: сырое мясо, рыба, овощи, фрукты и прочая зелень.
А вот то, чем можно было бы наскоро перекусить: хлеб, колбаса, сыр, сметана – на худой конец, как-то не наблюдались. Не было их видно. Конечно же, где-то они хранились. Вот только вопрос – где? Вне всякого сомнения, человек умирающий с голода на этой кухне бы не пропал. В конце концов можно было бы и сырым мясом поддержать тающие силы, если бы не было другого выхода, не говоря уже о том, чтобы набить живот фруктами. Но, Денис, к счастью, еще не так сильно оголодал, чтобы пуститься во все тяжкие. Мясо он предпочитал в жаренном виде, а к вегетарианству относился скептически.