А если Лорд Арамис ему не доверяет, и полагает, что он хочет отравить Господина, а ничем иным нельзя объяснить такое поведение, то он немедленно подает в отставку! Денис в ответ только рукой махнул и предложил повару не париться. Конечно же, никуда уходить старому китайцу не хотелось, поэтому, сочтя отмашку официальным извинением, мастер поварешки и половника приводить угрозу в исполнение не стал и приступил к исполнению должностных обязанностей – что-то неразборчиво пробурчал под нос и стал шинковать капусту. Здесь надо отметить, что делал это он с таким остервенением, что старший помощник счел за благо убраться с кухни. Он вышел на крыльцо, уселся на ступеньки и стал с наслаждением потягивать замечательный напиток. За этим занятием его и застал любимый руководитель.
– Ну, как всегда, – хмыкнул Шэф усаживаясь рядом и отбирая чашку. – Начальство пашет в поте лица, – он сделал крупный глоток, прикрыл глаза от удовольствия и продолжил: – а он наслаждается жизнью!
– А я предлагал! – без тени смущения отозвался старший помощник. – Ты сам в гостиницу поперся. И вообще – отдай кофе!
– Ага. Щаз. – Вполне ожидаемо отреагировал верховный главнокомандующий. – Небось ты уже и поел? – совершенно справедливо заподозрил он старшего помощника.
– А как же! – не стал отпираться Денис.
– Осталось чего?
– Осталось. Пошли на кухню.
– Момент. Гостей, как я понимаю, не было?
– Нет.
– Отлично! – Неизвестно чему обрадовался командор. – Пойду переоденусь, – огорошил он старшего помощника.
– В смысле!? Фрак наденешь? – сделал большие глаза Денис. В ответ мудрый руководитель лишь загадочно улыбнулся.
Повар еще не оправился от предыдущего чудовищного нарушения этикета, как его нервная система подверглась новым испытаниям – новые хозяева уже вдвоем завалились на кухню и Лорд Арамис собственноручно! притащил на стол хлеб, сыр и ветчину. Хорошо еще, что Веньян кофе успел подать. Как и грозился, на серебряном подносе с хайньским фарфором.
– Чего-то я фрака не наблюдаю, – после внимательного осмотра командора объявил Денис. И с этим было трудно поспорить – внешний вид любимого руководителя практически не изменился.
– А я про фрак ничего не говорил, – ухмыльнулся Шэф, – это ты сам придумал.
– Так что ты тогда переодевал? Трусы что ли. Так ради меня не стоило… Ты мне и в старых нравился, – на лице старшего помощника появилось умильное выражение, как у кота, нагадившего в труднодоступном месте – например, за ванной. Кот знает, что хозяин знает, что кот нагадил, и в тоже самое время кот знает, что хозяину практически невозможно добраться до места диверсии и, соответственно, невозможно предъявить официальное обвинение. Все это знание приводит мохнатого бандита в совершеннейший восторг.
– Ты со своими девками совсем рехнулся. Везде кружевные трусики мерещатся, – не остался в долгу главком. – Киса, вам уже нужно лечиться электричеством! – посочувствовал он старшему помощнику. И вообще, не буду тебе ничего рассказывать! – мстительно добавил командор, вгрызаясь в бутерброд.
– Ну-у… на нэт и суда нэт, – тяжело вздохнул Денис, после чего сделал героическое лицо и принялся живописать свои подвиги на ниве очистки особняка и прилегающей территории от всяческой скверны. По мере развития сюжета и одновременного насыщения верховного главнокомандующего, взгляды, которые тот изредка бросал на старшего помощника, делались все более и более благосклонными. А когда Денис закончил свою повесть доводами в пользу отправки похоронной процессии на Зеленую площадь к дверям «У трех повешенных», командор ворчливо осведомился:
– Так чего не отправил?
– Ждал твоей санкции, – четко, по-военному, отрапортовал старший помощник.
– Считай, дождался, – ухмыльнулся наевшийся и заметно подобревший главком. Все-таки хорошая еда может растопить даже самое ледяное мужское сердце. Глядя на любимого руководителя, старший помощник пришел к выводу, что можно приступать к расспросам.
– Нет, правда Шэф, – преданно заглядывая ему в глаза, начал он: – чего за бал-маскарад с переодеванием? Объясни. – Денис немного выждал и добавил: – Пожалуйста.