К огромной радости старшего помощника, каждое мгновение ожидавшего, что вот-вот взвоют сирены, вспыхнут прожектора, а из-под земли вырастут сторожевые вышки с крупнокалиберными пулеметами, или еще с чем похуже, ничего подобного не происходило. Мир и покой царили в окрестностях дворца Епископа Ортега-ар-Фарана. Вездесущих патрулей и тех не наблюдалось. Никому не было дела до странных манипуляций возле взломанной калитки. Охрана дворца отсутствовала, как класс, что не могло не радовать.
«Спят они что ли?..» – подумал Денис.
«Летаргическим сном!» – хмыкнул внутренний голос, но чувствовалось что за его внешней бравадой скрывалась некоторая растерянность.
Однако, спят или нет – это их проблемы, а у компаньонов был четкий план действий, согласно которого они и продолжали действовать. Шэф, все так же молча вступил на дорожку, выложенную светлым камнем, и быстрым скользящим шагом двинулся по направлению к высокому крыльцу. И хотя чудо-перстень был проверен в деле и даже не раз, Денис не без тревоги наблюдал за любимым руководителем.
«Щупальца» вели себя по-разному: некоторые пытались остановить командора обвив за туловище, другие – заплести ноги, третьи вставали в позу разъяренной кобры и пытались атаковать, изображая из себя копье, четвертые – захлестнуть за горло, пятые – хлестнуть, вообразив себя плетью… Короче говоря, «террариум единомышленников» напоминал бушующее море. Денис от всей этой картины только нервно ежился. Ну, что тут поделаешь – серпентарий, он серпентарий и есть! Хоть простой, хоть магический.
К счастью, Шэфу облаченному в шкиру, с антимагическим перстнем на пальце было на все эти поползновения плевать. Причем, с высокой башни. Не могли эти гадские плетения добраться до нежного тела любимого руководителя, укрытого несокрушимой броней. Рассыпались мириадами горящих искр даже не добравшись до шкиры, скатывались, как вода с вощеной бумаги!
«Хрен вам, а не Шэф!» – злорадно подумал Денис, когда главком преодолел последние метры дистанции. Он даже хотел показать неприличный жест, хлопнув по сгибу руки, но в последний момент удержался – несолидно, как-то, да и невидимый он, никто не увидит.
Поднявшись на первую ступеньку крыльца, на котором никаких зловредных защитных плетений уже не было, верховный главнокомандующий повернулся лицом к старшему помощнику, нервно переминавшемуся с ноги на ногу у калитки.
– Готов? – раздалось в наушниках Дениса.
– Всегда готов! – браво отрапортовал старший помощник и отдал главкому пионерский салют.
– Лови, – с этими словами командор снял перстень и кинул его Денису.
Если бы о похождениях компаньонов снимали фильм где-нибудь в Голливуде, то из одного этого эпизода наверняка сделали бы маленькую трагедию. Сначала крупным планом напряженное лицо командора, на котором отражается мужество, решительность, вера в свои силы и маленькая капелька волнения. Затем такое же лицо старшего помощника, но на нем волнения побольше. Без волнения никак нельзя, ведь если что не так, то: «Шеф, всё пропало, все пропало! Гипс снимают, клиент уезжает… я убью его, я вам…!»
Потом летящий перстень. Это уже не крупным, а суперкрупным планом. Перстень в полете вращается в разных плоскостях, словно астероид или спутник, сходящий с орбиты. Идут повторы, наплывы, замедленная съемка и прочая хрень, чтобы зрители могли дотошно рассмотреть «все его трещинки».
Следующий на очереди снова Денис. Повтор крупного плана, на котором ничего не изменилось – на лице все те же волнение, напряжение и ответственность. Затем камера отъезжает и становится видна его фигура. Старший помощник застыл в позе вратаря, готовящегося отразить пенальти в финальном матче чемпионата мира, когда его команда выигрывает со счетом «1:0», и идет уже добавленное время! Прямо не Денис, а сжатая пружина!
И наконец финал. Грубо говоря – катарсис, а мягко здесь не скажешь. Перстень все ближе, сначала он показан крупным планом, затем камера плавно отъезжает, перстень так же плавно уменьшается и наконец подлетает к точке рандеву, где он должен быть перехвачен старшим помощником. У англо-американского зрителя возникает безусловная патриотическая ассоциация с их противоракетной системой «Иджис» – все в зале встают, затягивают гимн, аплодируют, кидают в воздух чепчики и бюстгальтеры, целуются. А в это время Денис на экране прыгает и… промахивается! А перстень, в свою очередь, рикошетом отскакивает от парковой решетки и падает в самый густой клубок, самых страшных защитный плетений. Все! – финал! Для возвращения перстня понадобятся еще пять крупнобюджетных серий приквелов, сиквелов и вбоквелов. Довольны все, начиная с продюсеров и заканчивая зрителями.